Ошимское колесо

– Это может им помешать… немного. – Я пожал плечами. – Главное, людям надо что-то делать. – В такое время уж лучше делать что-нибудь, чем позволять страху вонзать в себя когти.

– Горящее масло – вот что нам нужно! – сказал Баррас. – Его они заметят!

– Баррас, только идиот разводит огонь у своих ворот. – К нам присоединился Дарин.

Редкий случай, когда я поддерживал брата против друга, но тут он был прав.

– Масло зажигать нельзя, это же нефть из Аттара. От неё начнётся пожар. Стоит уйму денег, но лучше обсыпать врага деньгами, нежели тем, чем они смогут поджечь твои ворота!

Дарин поднял бровь.

– А ты знаешь своё дело, младший бр…

– Дарин, блядь, я маршал.

– Вы знаете своё дело, Младший Маршал, – ухмыльнулся он.

– Я быстро учусь, когда дело доходит до обеспечения безопасности. – Дарин никогда не верил во всю историю героя перевала Арал, а я не думал, что ради него стоит притворяться.

Люди у чанов смотрели на меня, видя, что у них есть публика.

– Лейте! – Крикнул я. Я не видел ни следа некромантов, но всегда был шанс, что они затесались среди мёртвых, скрываясь из вида. Эдрис Дин научил меня, что они не обычные люди, но всё равно, душ из кипящего масла определённо подпортит им день.

По моему приказу люди начали открывать дыры-убийцы и готовить рычаги, чтобы переворачивать чаны.

Масло, приятно шипя, полилось в дыры-убийцы, но будь я проклят, если услышал хоть какое-то изменение в криках внизу.

– Чёрт. – Несколько оглушённый, я вернулся и стал наблюдать с передней части башни.

Десять минут завывающие мертвецы наваливались своим весом на Аппанские ворота, и каждый хруст и стон досок сжимал мои внутренности холодным кулаком и выворачивал. Нежить двигалась вперёд-назад, внутрь и наружу под надвратной башней, направляя на двери волны ярости. Я слышал, как колется дерево, и кусал губы, чтобы в стоящий шум не добавилась и моя нота отчаяния.

– Пожар по-настоящему расходится. – Дарин закашлялся, словно в подтверждение своих слов. До этого я не отрывал взгляда от наседающих мертвецов, но теперь, посмотрев на пригород, я увидел, что Дарин был прав. Верхние части некоторых ближайших к стенам домов обрушивались, вверх вздымались колонны пламени выше стен, искры и угли взмывали в воздух. По всему пригороду огонь перескакивал с крыши на крышу, разносился по заборам, лизал двери. И мертвецы повсюду стояли опалённые и покрытые волдырями, у некоторых волосы и одежда сгорели начисто. Я видел скрюченные останки других посреди распространявшегося пламени. На миг я подумал об отце и о его погребальном костре.

Я закашлялся и прижал ладони к слезящимся глазам.

– Они двигаются!

Нежить неслась через ряды мертвецов, оставив нападение на ворота. Огонь забрал у нашего врага роскошь времени. Да, генерал, может, и отступил к окружающим фермам и ждал теперь в оливковых рощах, чтобы вернуться днём позже, но я понимал, что мертвецы и духи действовали скорее примитивно, чем стратегически. А всё, что я знал о Мёртвом Короле (совсем немного), показывало его не как мастера планировать, но скорее как силу разрушения, которую исподволь направляют интриги Синей Госпожи.

Мёртвые не отступили, и нежить не пыталась сбежать от огня – она отступила от нас и направилась вокруг стен, словно в поисках слабого места.

В двух сотнях ярдов к востоку мертвецы, которые раньше стояли у стен, теперь ускорились и начали вцепляться в стены башни, которая располагалась так близко, что если бы человек на её вершине бросил копьё в стражника на стене, то вполне мог даже и попасть.

Несколько дней назад я посещал это строение – водонапорная башня, обслуживавшая хорошо оборудованные дома нескольких торговцев, которые могли бы себе позволить жить за городскими стенами, хотя и в значительно меньших особняках. Башня также обеспечивала водой процветающую кузницу, которая обслуживала различные мастерские по производству колёс, карет и продуктовые предприятия с торговыми точками на Аппанской дороге.

Я поражался, что бабушка позволила установить башню так близко к стенам, несмотря на постоянное повторяемые угрозы сровнять пригород с землёй при первых признаках войны. Оказалось, лицензию выдали, поскольку строение было рассчитано на то, чтобы упасть. Башню поддерживали прочные деревянные подпорки, и без них она бы рухнула. И тогда вместо платформы, с которой лучники могли бы зачищать наши стены, башня оказалась бы смертельной ловушкой. Попав в подпорку железным болтом из скорпиона, можно было уронить башню, убив врагов в ней, а может и нескольких поблизости.

– Какого чёрта… – Башня рухнула прежде, чем я успел договорить. Пару десятков мертвецов раздавило градом камней и досок.

Множество ускоренных мертвецов набросились на камни, теперь скрытые не только дымом, но и пылью. Несколько секунд спустя они уже тащили разломанные камни к стене – мёртвые мужчины поднимали толстые расколотые брёвна, мёртвые дети тащили обломки поменьше. Остальные бежали с окрестных улиц, толкая телеги, фургоны, двери, вырванные из домов, и сбрасывали всё это неровной кучей перед стенами.