«Особенный воздух…»: Избранные стихотворения

Уже ничего не умею сказать,Немногого — жду и хочу.И не о чем мне говорить и молчать —И так ни о чем и молчу.Не помню — чего я когда-то хотел…В ослепительном летнем садуВоенный оркестр южным счастьем гремелИ мне обещал… о, не этот удел…В жизнерадостном пыльном саду…Обманули — восторженный трубный раскат,Синеватая одурь сирени,Смуглый воздух ночей, южно-русский закат,Хоровое вечернее пенье.Обманули — раскаты безжалостных труб,Бессарабское страстное небо.Нежность девичьих рук, жар доверчивых губ…О, наш мир, что замучен, запутан и груб,Униженье насущного хлеба.…Над пустеющей площадью — неуверенный снег.Над заброшенным миром — смертоносный покой.Леденеет фонарь… Семенит человек.Холодно, друг дорогой.

«Меж каменных домов, меж каменных дорог…»

Меж каменных домов, меж каменных дорог,Средь очерствелых лиц и глаз опустошенных,Среди нещедрых рук и торопливых ног,Среди людей душевно-прокаженных…В лесу столбов и труб, киосков городских,Меж лавкой и кафе, танцулькой и аптекой,Восходят сотни солнц, но холодно от них,Проходят люди, но не видно человека.Им не туда идти — они ж почти бегут…Спеша, целуются… Спеша, глотают слезы.О, спешная любовь, о, ненавистный трудПод безнадежный свист косматых паровозов.Кружатся в воздухе осенние листы.Кричат газетчики. Звеня, скользят трамваи.Ревут автобусы, взлетая на мосты.Плывут часы, сердца опустошая.И в траурном авто торопится мертвец,Спешит — в последний раз (к дыре сырой и душной)……Меж каменных домов, средь каменных сердец,По каменной земле, под небом равнодушным.

Из цикла «Ноктюрн»

I. «Словно в щели большого холста…»

Словно в щели большого холста,Пробивается в небе дырявомОслепительная высота,Леденящая музыка славы.Это — ночь, первобытная ночь,Та, что сеет любовь и разлуку,Это — час, когда нечем помочьПротянувшему слабую руку.Останавливаются часыНад застигнутыми тишиною,Ложны меры и ложны весыВ час, когда наступает ночное.Это — ночь: город каменных масс,Глыб железо-бетонно-кирпичных,Стал прозрачней, нежней в этот часОт сомнительной правды скрипичной.Останавливаются сердцаБезупречные, как логарифмы…В этот час поднимают купцаНад счетами полночные рифмы.Все, что строилось каторжным днем,Ночью рушится — в мусор и клочья.Гибнет, гибнет дневной ЕрихонОт космической музыки ночи.Ночью гуще тоска и вино,Ночью возят дневные салазки,Ночью белое часто — черно,Ночью смерть щурит ласково глазки.Ночью даже счастливого жаль.Люди ночью слабее и ближе…Расцветает большая печальНа ночном черноземе Парижа.

III. «Замерзая, качался фонарь у подъезда…»