Осторожно! Муж-волшебник или любовь без правил

— Она не желает быть твоей Тенью. Так как узы уже разорвать нельзя, то готова удовлетвориться тем, что ты не будешь пользоваться её телом. Радуйся, смерти твоей не требует.

— Удивлён, — стрельнул в мою сторону глазами аттан.

— Не спешите благодарить. Я желаю свободы, и мне безразлично, какими путями её получу.

— Подобного ещё не было. Татуировки на твоих руках не убрать, в глазах всего света ты так и останешься моей Тенью.

— Без разницы. Я желаю уехать.

— Нет! — отрезал король, и я с удивлением посмотрела на него, так как слишком категорично это прозвучало. — За последние полвека ты первая наярита, и что я за правитель, если отпущу тебя?

Меня как будто оглушило это заявление. Может, и глупо, но я совсем не предполагала, что желанная свобода окажется иллюзией. Какая мне от неё польза, если, освободившись от аттана, я и шага не смогу сделать без разрешения короля?

— Вижу, у вас на меня большие планы? — процедила я.

— Людям нужна наярита. Ты слишком большая ценность, чтобы так просто с тобой расстаться. Даже ради обретения своей королевы.

— Как вы уже заметили, я не обычная наярита, и мне плевать на хромых, больных и убогих. Какая вам с меня ценность, если я не буду лечить? А заставить меня даже он не может, — кивнула я в сторону аттана.

— Всегда можно найти пути давления, — угрожающе заметил король.

— Успехов! Я слышала, что наярит нельзя принуждать. Поройтесь в своих архивах и узнайте, почему, — наобум парировала я, и мой оппонент лишь скрипнул зубами. Наверное, причины действительно имелись. Неплохо бы мне их и самой узнать.

— Не горячитесь, — примиряющим тоном вмешался Первый советник. — Всегда можно найти компромисс. Виктория, куда ты собралась ехать, если не помнишь, откуда ты?

— Разыскивать мужа с ребёнком.

— Зачем ехать самой, если у нас больше возможностей найти кого-либо? К тому же путешествовать одной… — скептически посмотрел он на меня, — это прямой путь попасть в неприятности. Дай нам информацию, и наши люди разыщут кого угодно. По крайней мере, у нас больше ресурсов для поисков.

— Найти, чтобы потом шантажировать меня ими? Увольте!

— Мы должны доверять друг другу.

— Вот куда привело меня доверие! — продемонстрировала ему свои руки с татуировками.

— Так мы ни к чему не придём, — сделал вывод король.

— Почему же, у вас есть шанс вернуть себе любимую, если пойдёте на мои условия. Меня же интересует воссоединение со своей семьёй. Жили же вы как-то раньше без наяриты, и дальше проживёте! Я не чувствую в себе моральной потребности помогать страждущим.

— Теперь я понимаю, почему их с детства забирали в храмы, — хмыкнул аттан.

— Возможно. Только я уже в том возрасте, когда поздно промывать мозги насчёт служения людям и жертвенности собой ради всеобщего блага.

— Что-то я сомневаюсь, что она наярита, — Ясарат не скрывал своего скептицизма.

— Тогда это разговор ни о чём, — встала я, — но не могу не заметить, что иных у вас не имеется!

— Ясарат, дай мне самому с ней поговорить, — вмешался Ридгарн.

— Идите! — взмахом руки отпустил нас король с кислым выражением лица.

Через двадцать минут мы мерно тряслись в карете. Ничего не объясняя, аттан приказал запрягать, и мы выехали из дворца. Цель нашего незапланированного путешествия была мне неведома. Я даже не позавтракала и не переоделась для прогулки!

Мне ничего не оставалось, как смотреть в окно и гадать, куда мы едем. Постепенно богатые кварталы сменились ремесленными, а потом и вовсе бедными. Мы остановились у длинного двухэтажного здания.

— Что это? — спросила я, выходя из кареты.

— Больница для бедных. Здесь те, кому нечем заплатить лекарям и надеяться не на что. Я хочу, чтобы ты посмотрела в глаза тем, кому могла бы помочь, но до кого тебе нет никакого дела.

Поджав губы и так ничего и не ответив, я последовала за ним. Хороший ход, нечего сказать, а если б знала, куда идём, вообще гениальный.

Наш приезд вызвал суету, и к нам поспешило руководство. Аттан отправился разговаривать по делам, попросив всё показать мне. Заметив на моих руках татушки, со мной разговаривали со всем почтением. Войдя в первую палату, я ожидала увидеть взрослых, но там были дети, подростки. Кого-то сбила карета, кто-то получил ножевое ранение в разборках, а кто-то метался в бреду. Переходя из палаты в палату, я не могла остаться безразличной. Были бы это взрослые, бомжи… возможно, сумела бы остаться безучастной, но дети… Со стороны аттана это был продуманный удар.

— Проведите меня на кухню, — распорядилась я сопровождавшим меня людям. Там приказала налить в ведро воды, мотивируя тем, что сейчас жарко и я хочу напоить детей. На меня странно посмотрели, но ослушаться не посмели. Не обращая внимания на косые взгляды окружающего персонала, считающего меня сбрендившей богатой дамочкой, я прошлась по палатам, собственноручно поя детей и желая им удачи. Я не знала, как действует мой дар, но у меня было просто желание помочь им и обычная вода.