Читаем От былины до считалки полностью

Конечно, какие-то коротенькие плясовые песенки существовали издавна. Их исполняли веселые люди — скоморохи, профессиональные артисты Древней Руси, да и просто пели на каждой крестьянской пирушке. Но все-таки это еще не частушки, не те четырехстрочные песенки, которые мы привыкли называть частушками.

Не буду вдаваться во все тонкости, приведу только один пример, показывающий, как неожиданно иногда приходят в науку новые факты и доказательства.

За пределами нашей страны есть небольшое число старинных русских поселений. Возникли они по разным причинам.

В 1708 году на Дону вспыхнуло восстание под руководством Кондрата Булавина, булавинское восстание. Оно было разгромлено войсками Петра I. Многих его участников казнили. Лишь отряд атамана Игната Некрасова, захватив жен и детей, после долгих странствий перешел границу и укрылся на территории Турции (тогда Турция занимала и нынешние Румынию, Болгарию). Вот там-то и поселились казаки. По имени атамана их стали называть некрасовцами.

Некрасов стремился сохранить национальные обычаи и традиции, он строго следил, чтобы русские не общались с местным населением. В общем, лет двести — двести пятьдесят некрасовцы жили обособленно. Они сберегли все, вернее, почти все, что привезли с собой: язык, обычаи, фольклор.

И вот, раздумывая о том, как бы еще можно было подступиться к решению вопроса о происхождении частушки, я сказал себе: «Хорошо, если частушка действительно была известна в XVIII веке, ее должны знать некрасовцы». Большая часть некрасовцев вернулась на родину после революции («При царе в Россию не возвращаться» — гласил один из заветов Некрасова). Ученые сразу же поехали к ним, на хутора Ростовской области, где они поселились. Вышли книжки Ф. В. Тумилевича «Сказки казаков-некрасов- цев», «Песни казаков-некрасовцев». Былины они помнили, а вот частушек не было.

Потом я сам ездил в Болгарскую и Румынскую республики, тоже записывал песни и сказки в русских поселениях. А частушек не записал. Из частушек там знают только те, что по советскому радио услышали или от заезжих русских в годы войны переняли.

Потом я отправился в Польшу. Там есть русская деревня Войново. Две тысячи русских старообрядцев бежали сюда от религиозных преследований. И снова — худо ли, хорошо ли, но песни знают, сказки кой-какие помнят. А вот частушки — только новейшие, с советских пластинок (там их очень любят), услышанные по радио. Значит, и эти русские люди, выехавшие с родины около 1830 года, частушек с собой не привезли.

А недавно довелось мне побывать в русской деревне, которая находится на монгольской земле. Деревню эту основали переселенцы из России в начале XX века. И что же: здесь частушек не счесть.

Мне кажется, эти факты достаточно убедительно доказывают, что жанр частушки сложился где-то в середине прошлого века.

А теперь о самой частушке поговорим. Удивительный это жанр! Во-первых, он один из немногих живых жанров русского фольклора. Новых сказок, былин уже не возникает. А частушки и сегодня сочиняют чуть ли не в каждой деревне. Сочиняют как? Новое на основе старого.

Старая частушка: В годы войны запели по-другому:

Гармониста я любила, Партизана я любила,

Гармониста тешила, Партизана тешила,

Гармонисту на плечо Партизану на плечо

Сама гармошку вешала. Сама винтовку вешала.


В литературе письменной подобное использование готовых образцов невозможно. А в фольклоре это один из основных творческих законов.

Частушка — исключительно молодежный жанр. Ее исполняли на гулянках молодежи. Поэтому речь в ней идет главным образом о жизни молодых людей, о судьбе девушки, о судьбе парня. О любви, о разлуке, о солдатчине, которая ждет парня, о «девичьей солдатчине» — о замужестве, которое для крестьянской девушки часто было насильственным.

Есть частушки социально-политического содержания. Они тоже, как правило, смотрят на мир глазами молодого поколения. Вот частушка революционная. В ней клокочет ненависть к царской власти, к империалистической войне, которую затеяли богачи:


Распроклятый Николашка —

Он не хочет мира дать.

Лет семнадцати мальчишек —

Всех угонят воевать.


Но больше всего любит частушка посмеяться. Она смеется зло, когда обращается к классовому врагу:


Берегись, кулаки,

Загуляли мужики!..


Перейти на страницу:

Похожие книги

Жизнь Пушкина
Жизнь Пушкина

Георгий Чулков — известный поэт и прозаик, литературный и театральный критик, издатель русского классического наследия, мемуарист — долгое время принадлежал к числу несправедливо забытых и почти вычеркнутых из литературной истории писателей предреволюционной России. Параллельно с декабристской темой в деятельности Чулкова развиваются серьезные пушкиноведческие интересы, реализуемые в десятках статей, публикаций, рецензий, посвященных Пушкину. Книгу «Жизнь Пушкина», приуроченную к столетию со дня гибели поэта, критика встретила далеко не восторженно, отмечая ее методологическое несовершенство, но тем не менее она сыграла важную роль и оказалась весьма полезной для дальнейшего развития отечественного пушкиноведения.Вступительная статья и комментарии доктора филологических наук М.В. МихайловойТекст печатается по изданию: Новый мир. 1936. № 5, 6, 8—12

Виктор Владимирович Кунин , Георгий Иванович Чулков

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Литературоведение / Проза / Историческая проза / Образование и наука
Конец институций культуры двадцатых годов в Ленинграде
Конец институций культуры двадцатых годов в Ленинграде

Сборник исследований, подготовленных на архивных материалах, посвящен описанию истории ряда институций культуры Ленинграда и прежде всего ее завершения в эпоху, традиционно именуемую «великим переломом» от нэпа к сталинизму (конец 1920-х — первая половина 1930-х годов). Это Институт истории искусств (Зубовский), кооперативное издательство «Время», секция переводчиков при Ленинградском отделении Союза писателей, а также журнал «Литературная учеба». Эволюция и конец институций культуры представлены как судьбы отдельных лиц, поколений, социальных групп, как эволюция их речи. Исследовательская оптика, объединяющая представленные в сборнике статьи, настроена на микромасштаб, интерес к фигурам второго и третьего плана, к риторике и прагматике архивных документов, в том числе официальных, к подробной, вплоть до подневной, реконструкции событий.

Ксения Андреевна Кумпан , Татьяна Алексеевна Кукушкина , Валерий Юрьевич Вьюгин , Мария Эммануиловна Маликова

Литературоведение
Дракула
Дракула

Роман Брэма Стокера — общеизвестная классика вампирского жанра, а его граф Дракула — поистине бессмертное существо, пережившее множество экранизаций и ставшее воплощением всего самого коварного и таинственного, на что только способна человеческая фантазия. Стокеру удалось на основе различных мифов создать свой новый, необычайно красивый мир, простирающийся от Средних веков до наших дней, от загадочной Трансильвании до уютного Лондона. А главное — создать нового мифического героя. Героя на все времена.Вам предстоит услышать пять голосов, повествующих о пережитых ими кошмарных встречах с Дракулой. Девушка Люси, получившая смертельный укус и постепенно становящаяся вампиром, ее возлюбленный, не находящий себе места от отчаянья, мужественный врач, распознающий зловещие симптомы… Отрывки из их дневников и писем шаг за шагом будут приближать вас к разгадке зловещей тайны.

Брэм Стокер , Джоэл Лейн , Крис Морган , Томас Лиготти , Брайан Муни , Брем Стокер

Литературоведение / Классическая проза / Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика