От КГБ до ФСБ (поучительные страницы отечественной истории). книга 2 (от МБ РФ до ФСК РФ)

Особенно неприятна была критика всемирно известного нобелевского лауреата Александра Исаевича. Слишком уж он был известным и не только за рубежом, но и в нашей стране. Недаром, после его приезда в Россию, в средства массовой информации его пускали крайне редко. Ярый антикоммунист (поэтому он не мог появиться в прокоммунистических СМИ) оказался одновременно и серьезным антидемократом.

Кстати, бывают люди, которые всегда кого-то критикуют. При белых — белых, при красных — красных. Иногда это даже полезно, а то не слушать же одни только дифирамбы, которые чаще всего поют люди одной категории — холуйской. Холуизм — крайне опасная болезнь. Особенно для тех, кому холуи и служат. Но это так, из области житейской философии, имеющей, впрочем, определенное отношение к безопасности государства.

8.4. Появление «Семьи»

8.4.1. Семья (пока без кавычек) играла в жизни первого российского президента далеко не последнюю роль. Если верить ему самому и даже многим его политическим противникам Ельцин был хорошим семьянином. Настолько насколько хорошим семьянином можно быть ответственный партийный работник, да еще и добросовестный, отдающий себя работе. Семья официально признавалась партией как ячейка общества, но так же официально партийцы должны были думать прежде всего о партии. Была тогда песня со словами: «Прежде думай о партии, а потом о себе».

К началу 90-х годов все сильно изменилось. К тому году популярность Горбачева пала довольно низко и не в последнюю очередь благодаря его супруге Раисе Максимовне.{101} «Людей раздражало и то, что в эти во многом пустые поездки Горбачев брал с собой супругу. Раздражало ее постоянное желание как-то выделиться, обратить на себя внимание — в манере одеваться, вести себя. Писем по этому поводу шло множество — в газеты, на телевидение», — писал Владимир Медведев, руководитель охраны Горбачева.[379]

Ельцин это хорошо понимал, написав: «Мне не хочется быть злорадным, говорить какие-то обидные слова ей «вслед». Но я прекрасно знаю, что именно с горбачевской поры отношение у наших женщин к «первой леди» особое, раздраженное».[380] Наверное, бабы завидуют друг другу, могут сказать некоторые. Но автор настоящей книги слышал такие же речи от мужчин — офицеров госбезопасности еще до 1991 года. Обычно плоховато воспринимаются жены верховных правителей в России, если они начинают играть собственную игру на политическом поле страны. Видимо, в данном случае, супруга должна знать свое место.

8.4.2.Ельцин такую ошибку в «женском» вопросе делать не собирался. Но дело не в том, что он подстраивался под вкусы толпы. Просто эти вкусы соответствовали его взглядам. Ельцин не был Горбачевым, своих женщин в публичную политику он пускать не спешил. Первоначально они вообще были как при Домострое.

Вот так выглядел домашний прием первого секретаря регионального комитета КПСС: «Когда Ельцин приходил домой, дети и жена стояли навытяжку. К папочке кидались, раздевали его, переобували. Он только руки поднимал».[381] У первого секретаря Ставропольского крайкома КПСС, ставшего последним президентом СССР, дома все был по-другому.

Впрочем, у Президента РФ все, разумеется, тоже изменилось с тех пор как он перестал быть главой парторганизации Свердловской области. Кидаться раздевать и переобувать его родным уже не нужно было.

8.4.3. Постепенно, вероятно, более всего под влиянием тех окружающих, которые были особенно усердны в холуизме{102}, члены семьи первого российского президента начала смотреть на вещи по-другому.

«Испытание «властью», к сожалению, выдерживают немногие. По крайней мере, в нашей стране».[382] «Семья вкусила благополучие, комфорт, бесконечное внимание и не всегда заслуженное преклонение».[383] Преклоняются чаще не потому, что шеф требует, а потому, что хочется ему услужить, заслужить похвалу и подачку. И в преклонении чаще виноваты те, кто кланяется, а не те, кому поклоны предназначаются.

Постепенно шло формирование того, что стали называть «Семьей», т. е. узкого круга родственных и очень близких друг другу лиц в окружении Ельцина, которые сильно влияли на управление страной. Но в рассматриваемый период это только начиналось.

«У Ельцина есть объективные основания говорить о своей неподкупности. Еще в «доисторические» времена он занял высший пост в российской исполнительной власти с совершенно ничтожными по нынешним меркам финансовыми затратами. Ельцин за свое попадание в Президенты не обязан (во всяком случае, эксклюзивно) ни одной из действующих тогда еще «в советском прообразе» финансово-промышленных группировок. Есть предприниматели, имеющие немалые «заслуги» в глазах семьи Ельцина, но ни один российский или зарубежный бизнесмен не может считать нынешнего Президента своим «положенцем». В этом — уникальность Ельцина».[384]