От нашествия варваров до эпохи Возрождения. Жизнь и труд в средневековой Европе

Эта грубая, свирепая и честолюбивая сельская аристократия, которая в своих больших имениях подчинила труд дисциплине и низвела его до крепостничества, упорно и настойчиво уничтожала мелкие свободные земельные владения: их существование мешало аристократам расширять свою власть; к тому же независимость мелких землевладельцев уменьшала авторитет аристократов. Долгое время свободные мелкие землевладельцы на Западе оставались достаточно многочисленными и потому были самостоятельной общественной силой, с которой были вынуждены считаться и короли, и аристократия. Галльские cymrys, ирландские fines, арморикские boni viri, англосаксонские ceorls, германские frilingen, бургундские minofledes, галло-римские ingenui (свободные собственники земли), вестготские allodiales, лангобардские ahrimanns, итальянские primi homines, bozadores — все они имели между собой много общего. Первой общей чертой был малый размер их земель — в Англии и Германии он был не более 120 акров, то есть около 50 гектаров (такое владение называлось hide или hufe), а галло-римские усадьбы были еще меньше. Однако мелкий землевладелец был на своей земле таким же абсолютным владыкой, как аристократ в своем поместье, называвшемся villa или curtis. Он имел право пользоваться всеми землями, которыми владела германская деревенская община или которые находились в пользовании общины жителей галл о-римского поселка. Его имущество и сам он были неприкосновенны и находились под особой защитой обычаев и законодательства. Он имел право носить оружие, он сидел на судейском месте среди равных себе, его звали на собрания. Он, совместно с соседями, управлял делами своей деревни или поселка как член общего совета, и такие советы существовали даже в романских странах. Но он вызывал досаду и ненависть у крупного землевладельца, чьи земли были расположены вперемешку с его собственными, потому что из-за его владений аристократ не мог округлить свое поместье. В VIII в. всего в одном округе — Зальцбургском — 237 малых имений оказались таким образом зажаты среди 21 церковного поместья, 17 имений вассалов и 12 крупных владений герцога. Когда все остальное покорно склонялось перед великим высокородным владельцем большинства местных земель, свободный по происхождению и независимый по натуре мелкий землевладелец, гордо живший со своей семьей в своей маленькой деревне на своем независимом клочке земли или в римском поселке, осмеливался высоко держать голову и смотреть своему могущественному соседу в глаза. Поэтому на всем Западе мелкие землевладельцы сражались не на жизнь, а на смерть с крупной земельной аристократией. И этот средний класс, который истребляли войны, поскольку он был обязан участвовать в них, разоряло тяжелое бремя государственных налогов, поглощавших почти весь доход, и плохо защищала королевская власть, которая ради собственных интересов была бы должна опираться на него, но не всегда осознавала, что это нужно делать, мужественно защищался. В Италии и Галлии он в V и VI вв. был уже в упадке, но в VIII в. сумел возродиться, а в империи Каролингов стал многочисленным и влиятельным. В последовавший за этим период центральная власть отреклась от него. Слабость преемников Карла Великого вынудила свободных мелких землевладельцев отдаться под покровительство аристократов, что было оформлено Мерсенским капитулярием 847 г.[96], и удар, который нанесли мелким владельцам последовавшие вторжения врагов, принес крупным землевладельцам той эпохи, предшественникам хозяев капиталистических латифундий, почти полную победу. Но эта победа досталась им нелегко. Мы можем прочесть о том, как мелкие свободные владельцы земель объединялись в союзы (гильдии) для совместной защиты; как они поднимали мятежи во многих местах, восставали против земельной аристократии и за это оказывались вне закона у правителей, которые считали, что защищают общественный порядок. Мелкие свободные земельные владения, захваченные аристократами или отнятые ими по закону, в конце концов стали частью крупных поместий либо были превращены в зависящие от крупного поместья бенефиции или прекарии. Тем не менее маленькие островки свободного землевладения сумели выстоять всюду, где природа и сила традиции замедляли благоприятный для аристократии процесс концентрации земель. В Нижней Саксонии, Фризии, германских марках, приморской Фландрии, в альпийских и пиренейских областях, в Аквитании и Южной Галлии, в северных и восточных графствах Англии, в Испанской марке франкского государства[97] и в нескольких частях Италии мелкие землевладельцы остались свободным и гордым, но бессильным меньшинством среди многих тысяч людей, которые оставались покорными или которых заставили покориться.