От Второй мировой к холодной войне. Немыслимое

Ожидали также возможного советского наступления на Ирак и Иран для получения ценных нефтяных ресурсов и лишения Британии ее стратегически важных регионов. На Среднем Востоке, по оценкам английских военных, одиннадцати советским дивизиям противостояли три британские бригады, что делало район беззащитным. Ожидалось также, что Москва сможет организовать беспорядки против западных стран на всем Ближнем Востоке, хотя сложности тылового обеспечения и обстановка в Центральной Европе не позволят СССР в начальных стадиях конфликта развернуть наступление на Египет и на Индию.

В качестве ответа Москвы на объявленную ей Западом войну ожидалось даже советско-японское сближение, что высвободило бы японские силы для защиты метрополии и возобновления наступления в Китае. Япония получит осязаемые преимущества, и война союзников против нее может зайти в тупик.

Из этого английские планировщики делали вывод, что главным театром военных действий будут Центральная Европа и район Среднего Востока. В Европе предпочтительным представлялось наступление на северо-востоке, что давало возможность использовать преимущество ВМФ союзников на Балтике. Надежды на успех связывались также с массированными бомбардировками центров транспортных узлов на территории СССР и созданием превосходства в воздухе. В «Немыслимом» конкретно обозначались два основных направления наступления западных войск. Первое – по линии Штеттин (Щецин) – Шнейдемюль (Пила) – Быдгощ. Второе – в направлении Лейпциг – Котбус – Познань – Бреслау.

Следует, правда, заметить, что сами британские авторы плана весьма скептически оценили перспективы его успешной реализации. «Существующее соотношение сил в Центральной Европе, где русские располагают примерно тройным преимуществом, делает крайне маловероятным достижение союзниками полной и решающей победы». Для устранения «диспропорции» необходимо задействовать ресурсы союзников: разместить в Европе дополнительные крупные американские силы, перевооружить и реорганизовать немецкие войска. На это потребуется время.

«Мы делаем вывод, что:

а) для надежного и прочного достижения нашей политической цели необходим разгром России в тотальной войне;

б) результат тотальной войны против России непредсказуем, но ясно одно: чтобы выиграть ее, нам потребуется очень длительное время».

Расчеты британского Генштаба показывали, что СССР располагал 264 дивизиями (из них 26 бронетанковыми) против 103 англо-американских дивизий (из них 23 бронетанковых). Союзники имели более чем 6 тысяч самолетов тактической авиации и 2,5 тысячи – стратегической, против соответственно 12 тысяч и 960 самолетов у Советского Союза. Тотальная война с Россией была бы войной с непредсказуемым (или слишком предсказуемым) результатом. Это уже вступало в явное противоречие с планом блицкрига.

«а) Если мы начнем войну против России, то должны быть готовы к вовлечению в тотальную войну, которая будет длительной и дорогостоящей.

б) Численный недостаток наших сухопутных сил делает весьма сомнительным ограниченный и быстрый успех, даже если по расчетам его будет достаточно для достижения политической цели».

К тому же следовало учесть атмосферу, царившую тогда в странах-победительницах. Подавляющее большинство английских военнослужащих хотело поскорее вернуться домой, а не воевать с русскими. В тот момент, по опросам, дружественные чувства к СССР испытывали 70 % англичан, а Черчиллю предстояли парламентские выборы.

Британский комитет начальников штабов – Брук, Портал и Каннингем – вновь обсуждали планы войны против СССР 31 мая. Они еще раз подтвердили, что она абсолютно «немыслима». И были единодушны, когда докладывали об этом Черчиллю. Брук написал в дневнике: «Мысль, конечно, фантастическая, и шансов на успех фактически нет. Не вызывает сомнений, что отныне Россия имеет огромную мощь в Европе».

Тем не менее, этот план Черчилль направил в Вашингтон. Там его сочтут неприемлемым.

В Соединенных Штатах все, что касается плана «Немыслимое», до сих пор засекречено. Не упомянули ни словом о нем ни президент Трумэн в своих объемных мемуарах, ни один из его сподвижников в своих не менее объемных воспоминаниях, ни сам Черчилль и его сподвижники.

Из мемуаров и изданных документов известно только, что Черчилль беспрестанно теребил Трумэна, настаивая на ужесточении американцами своей линии в отношении Советского Союза.

В послании 12 мая британский премьер утверждал: «Несомненно, в настоящий момент жизненно необходимо достичь взаимопонимания с Россией или хотя бы понять, на какой стадии взаимоотношений мы с ней находимся, прежде чем мы ослабим наши военные усилия и отойдем в зоны оккупации».