Отец городов русских. Настоящая столица Древней Руси.

Это было так привлекательно, что Иван был готов уже поддержать нестяжателей на церковном Соборе 1503 года, — ведь в Германии многие князья тоже стали протестантами и присвоили себе церковные земли.

И тогда иосифляне двинулись на Москву. Не в переносном — в прямом смысле слова. При жесточайшем подчинении низших высшим в системе иосифлян им было не трудно собрать десятки тысяч людей, многие из которых даже не очень понимали, что происходит. Непрерывно анафемствуя и проклиная Ивана III, полчища иосифлян двигались к Москве, на церковный Собор.

Когда Иван III узнал об этом, он страшно разгневался. Зная характер великого князя Ивана, можно было не сомневаться — иосифлянам не сносить головы. Речь шла уже не об отнятии монастырей, о самой жизни тех, кто покусился изрыгнуть хулу на священную особу.

Но сам гнев обратился против пожилого уже князя. С Иваном случился «удар», а говоря современным языком — инсульт. Отнялась правая половина тела: правая рука, правая нога, правый глаз, правое ухо. Естественно, и сам Иван и его современники истолковали «удар» однозначно — как Божью кару. Царская длань, уже занесенная над иосифлянами, опустилась, не ударив.

Нестяжатели, конечно же, никуда не исчезли, но и выше уже не поднялись. Учение нестяжателей обсуждалось на церковном Соборе 1531 года и было там осуждено — не стало больше у них высочайшего покровителя. С тех пор оно считалось еретическим.

Но вот если мы о ересях… В конце концов, не лично Господь Бог объявил ересью учение нестяжателей. Это сделали люди, и не самые лучшие люди. Сам Господь не явился в столпах пламени и в грохоте и не объявил громовым голосом, что Он Сам почитает за истину. И потому я позволю себе усомниться, что в этом споре еретиками были именно нестяжатели. Очень может быть, ересью было учение русских торговцев индульгенциями; удивительных московских христиан, поклонявшихся собственному царю. Может быть, пора говорить всерьез об «ереси иосифлян»?

Почему?!

Все это доказывет одно — в православном Новгороде шла активнейшая интеллектуальная жизнь. Самая активная во всем мире русского православия. Рождались и обсуждались идеи, шли открытые споры, складывались мнения, возникали согласия и разногласия.

В результате к XIV–XV векам Новгород сделался рассадником ересей для всей Руси и даже, пожалуй, для всего православного мира.

Почему именно здесь?! А потому, что Новгород был независим, никем не завоеван… и притом оставался обществом европейского типа. Здесь отдельный человек был и достаточно развит, чтобы мочь, и достаточно свободен, чтобы «сметь свое суждение иметь».

В XIV, XV, даже в XVI веках множество православных русских людей в Новгороде «почему-то» утрачивают средневековые черты самосознания. Они начинают осмысливать окружающее в категориях, для Средневековья совершенно не характерных; они пытаются утвердить другое мироощущение, другой образ жизни, иную концепцию человеческой жизни.

Если бы это движение оказалось масштабным не только в Новгороде, — на Руси произошел бы переворот, по смыслу и по масштабам похожий на немецкое или по крайней мере на польское Возрождение. Переворот не состоялся — потому что с конца XV века не существует независимого Новгорода.

Судьба «ереси» — православного протестантизма связана уже не с одним Новгородом, но в первую очередь с Московией… А вне Новгорода большинство русских людей оставались средневековыми типами по своему мироощущению. Этих людей, духовно живших в Средневековье, было настолько больше, что ни нестяжатели, ни стригольники, ни жидовствующие даже не устроили гражданской войны, смуты или хотя бы «бунта на коленях». Их просто задавили массой.

Кучка «русских Возрождения» не перешибла плетью обуха.

Наивные люди всерьез считают, что на Руси никогда не было инквизиции. В Новгороде не было — факт^{61}. И в Польше тоже не было. Есть что-то в характере славян, не давшее работать у них инквизиционным трибуналам.

Но в Московии не раз с «еретиками» расправлялись зверски.

В 1504 году церковный Собор принял решение о беспощадном искоренении ересей. Еретики политически проиграли, а после Собора 1504 года началась отвратительная средневековая расправа. Еретиков сжигали в баньках и в клетках, заточали в каменные мешки, запарывали кнутами и топили… не хочется перечислять.

Трудно сказать, сколько людей было живьем сожжено, сколько «ввержено» в страшные монастырские тюрьмы. Называют цифры и в две тысячи погибших, и в пять тысяч. Все цифры примерные, конечно же. Кто и когда считал живых и мертвых на Московии? Это вам не Европа, не Новгород.

Глава 7ДОРОГИ, МОНЕТЫ И НЕМЦЫ

Все, что могла дать Европа Новгороду -

он стал неравноправным членом Ганзы.

Л. Н. Гумилев

Немцы о Руси