Отпусти своего демона

С высоты семнадцатого этажа город казался покоренной территорией, завоеванной землей. Артема охватило упоительное чувство свободы – хотелось мчаться вперед, отодвигая пределы и освобождаясь от забот. Почти решил потрейсить вместе с парнями, но вовремя спохватился – он только что закончил утомительную двухчасовую тренировку и понимал: если перенапряжется сегодня, завтра не сможет полноценно упражняться. Кроме того, парни собирались делать акробатику, а он пока в этом отставал.

Ил и Штопор начали разминку, а Бах подбирал наилучший угол для съемки. Оригинальный был паренек – как трейсер посредственный, зато клипы делал – закачаешься. Он потом по этой стезе и пошел – выучился на оператора и видеомонтажера. Паркур забросил.

– Так, ладно, начинаем. Бах, сперва Штопор сделает фляки с рондата, а потом я покручу.

– Слушай, Илья, у меня предложение, – лукаво усмехнулся Денни. – Вот ты красно-зеленый. Так надо бы Штопору в желтое нарядиться.

– Это еще зачем?

– Было бы на светофор похоже.

Денни в своем репертуаре, но Ил миролюбиво отмахнулся.

Съемка прошла отлично. Артем даже немного завидовал, глядя, с какой легкостью и бесшабашностью парни исполняют элементы. Качественный монтаж, красивая музыка – и хит ютьюба готов.

В самом конце Илья поднялся на бетонный выступ, опоясывавший крышу по периметру.

– Я сейчас аккуратно крутану сальто назад, а ты, Бах, сделай фотку, когда я в воздухе буду.

Идея была опасная, но Илья так загорелся, что не позволил себя переубедить. В общем-то ребята не сильно его и отговаривали. Все-таки любопытно посмотреть.

Бах занял позицию с камерой на изготовку, а Ил замер у края крыши, примериваясь и собираясь с духом. В следующую секунду он уже выпрыгивал назад. Бах успел поймать нужный момент. Это была последняя фотография Ила.

Неизвестно, что в итоге произошло – то ли Илья испугался, что приземлился слишком близко к краю, и невольно дернулся. То ли неправильно поставил ноги и соскользнул вниз. То ли травмированный голеностоп подвел. Он рухнул с семнадцатого этажа, откуда открывался умиротворяющий вид на город, и разбился насмерть.

Первые мгновения Артем не понимал, что случилось. Вроде вот он, Ил, стоит в трех метрах справа, и вдруг исчез. Будто в воздухе растворился. А потом Свет услышал крики – парни бросились к краю крыши, словно это могло что-то изменить.

Чуть позже родители Ильи разрешили Баху выложить в сеть ту чертову фотографию. Надеялись, что трагедия их сына послужит уроком и спасет жизнь очередному отчаянному подростку. Артем сохранил снимок у себя в компьютере.

После того случая Свет стал серьезнее относиться к своему увлечению. Осознал, что главные правила паркура – безопасность, эффективность, простота – не пустой звук, а единственно верный путь. Быть трейсером – это не летать с крыши на крышу. Быть трейсером – значит иметь голову на плечах и владеть своим телом.

Вечером они с Денни долго бродили по улицам, пришибленные произошедшим. Домой Артем идти не спешил – там ор и пьянка, а ему хотелось тишины и покоя. Денни привел товарища на свое тайное место тренировок – замороженную стройку и прилегающие к ней гаражи. Взобрались на низкий выступ на уровне первого этажа, уселись, обхватив колени руками, так и просидели до самой ночи.

– Знаешь, о чем я сейчас подумал, – признался тогда Артем, глядя на темнеющую груду гравия. – Как-то неправильно у нас все.

– У нас – это у кого? У трейсеров? – откликнулся притихший Данила.

– Да. У всей нашей тусовки. Нет у нас благородной цели. Например, спасти ребенка, как в фильме «Ямакаси». Или защитить людей от произвола властей – как в «13-м районе». У нас обычная жизнь, в которой преодоление препятствий – это способ отличиться. В идеале паркур – это образ жизни. А ведь большинство трейсит просто из тщеславия, из желания быть не как все. Нет в этом ни философии, ни благородства. Один выпендреж.

Некоторое время Денни молчал, потом спросил задумчиво:

– Так ты хочешь спасти ребенка?

И не выдержал, прыснул со смеху.

– Придурок, – слабо улыбнулся Артем.

– А если серьезно, то ведь главное, как ты сам относишься к паркуру. А на остальных плевать. Вся шелуха рано или поздно отвалится. Останутся только настоящие.

– Как ты думаешь, мы какие?

Денни нашарил рукой отколовшийся кусочек шифера и запустил в сгущавшиеся сумерки:

– Время покажет.

– Илюху жалко, – после паузы сказал Свет. – И родаков его тоже.

– Сам виноват, – неожиданно зло процедил друг.

– Все равно жалко.

– Согласен.

Той ночью Артем ворочался до утра, не мог заснуть. Перед глазами стоял светловолосый семнадцатилетний парень в яркой одежде на фоне пронзительного голубого неба. Со следующей тренировки Свет временно перестал изучать сложные элементы и вплотную занялся хромающей базой и постановкой правильной техники.

Артем закрыл фотографию. Часы показывали без пяти двенадцать. Оставалось ровно пять минут до окончания приема заявок на чемпионат. Больше тянуть нельзя. Он зашел на сайт, открыл форму и поспешно вбил свои данные.

Сейчас