Отрицательное поведение потерпевшего и Уголовный закон

На наш взгляд, применяемое потерпевшим насилие следует рассматривать более широко и понимать под ним нанесение ударов, побои, истязания, причинение вреда здоровью различной степени тяжести, насильственное ограничение свободы, изнасилование и т. д. О применении потерпевшим физического насилия свидетельствует следующий случай.

Между Ш. и ее сожителем К., находившимся в состоянии алкогольного опьянения, возникла ссора, в ходе которой К. стал наносить Ш. удары руками и ногами по различным частям тела, причинив ей, согласно заключению судебно–медицинской экспертизы, множественные телесные повреждения — скрытую черепно–мозговую травму в виде сотрясения головного мозга, кровоподтеки и ссадины головы, ушиб грудной клетки слева, множественные кровоподтеки других областей тела. В свою очередь, Ш., находясь в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного насилием со стороны потерпевшего, нанесла последнему не менее 4 ударов ножом в различные части тела, причинив К., согласно заключению судебно–медицинской экспертизы, тяжкий вред здоровью. С полученными телесными повреждениями К. был доставлен в городскую больницу, где и скончался[335].

Изучение судебной практики показывает, что физическое насилие, вызвавшее аффект, как правило, является внезапным, причиняет острую и мучительную боль либо имеет оскорбительный характер и применяется публично. Насилие со стороны жертвы глубоко затрагивает психику виновного. Это и понятно, поскольку контраст между ожидаемой и реальной действительностью является одним из Основных условий, благоприятствующих появлению особо интенсивных эмоций.

Чтобы установить, было ли обусловлено состояние аффекта действиями жертвы, нельзя ограничиваться оценкой тяжести причиненного насилия. Важно определить воздействие последнего на субъекта в данной конкретной ситуации, характер взаимодействия между вовлеченными в конфликт, наконец, личные качества виновного и потерпевшего.

Так, при проведении анкетирования на наш вопрос: «Что Вы сделаете в случае применения к Вам или Вашим близким физического насилия?» — 71% мужчин и 36% женщин ответили, что применят в ответ насилие; обратятся к помощи правоохранительных органов 21% и 30% соответственно; остальные попытаются разрешить ситуацию мирным путем. При этом только 11% мужчин и 13% женщин посчитали, что физическое насилие может вызвать у них сильное душевное волнение.

Психическое насилие выражается в угрозах причинить человеку физический или имущественный вред. На сегодняшний день большинство ученых–криминалистов (А. И. Рарог, В. Н. Кудрявцев и др.) в качестве признаков угрозы приводят два основных:

1) реальность. Она имеет место тогда, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы;

2) непосредственность. Непосредственная угроза — это угроза «прямая, непередаточная, непереходная и независимая от посредства, промежуточной передачи либо помощи, содействия»[336]. В уголовном праве под ней понимают угрозу совершения действия в данный момент. Как отмечает А. А. Жижиленко, «в угрозе должна заключаться возможность немедленного осуществления; угроза злом, которая может реализоваться со временем, не может иметь Особого значения, т. к. от нее всегда можно уберечься»[337].

В доктрине уголовного права нет единства относительно детерминационной нагрузки рассматриваемого насилия.

Так, Т. Ткаченко полагает, что «психическое насилие — научная категория и как таковая не имеет юридического значения. Насилие как признак аффектированных преступлений предполагает только физическое воздействие на человека»[338]. Автор подтверждает свою позицию тем, что на практике психическое насилие встречается редко.

Диаметрально противоположна точка зрения В. Е. Христенко. Автор пишет: «Практически все насилие носит вид психического насилия, в том числе физическое — боязнь получения еще больших повреждений, чем полученные. Физическое насилие можно рассматривать как продолжение психического. Исключение составляет неожиданное физическое насилие, внезапное нападение, смерть, повреждение каких–либо органов, приведшее к невозможности сопротивления»[339].

Не разделяя крайних позиций, хотелось бы отметить, что психическое насилие способствует возникновению аффекта не в меньшей степени, чем физическое.

По признаку общественной опасности применение угроз со стороны жертвы должно быть равным или почти равным физическому насилию. Но нельзя забывать и о субъективном значении угрозы, важно учитывать особенности психики виновного, его прошлый опыт и т. д.

На наш вопрос: «Что Вас может ввести в состояние сильного душевного волнения?» — 21% мужчин и 8% женщин назвали угрозу. Анализ уголовных дел показал, что аффектированным преступлениям предшествовали угрозы физической расправы в отношении виновного или его близких (14%), угроза уничтожения имущества (1,6%) или распространения позорящих сведений (1,2%).