Отрицательное поведение потерпевшего и Уголовный закон

Введение в диспозиции ст. 107 и 113 УК РФ такой разновидности отрицательного поведения потерпевшего, как издевательство, является новеллой нового Уголовного кодекса. При этом законодатель не раскрывает его значение.

Слово «издевательство» возникло от древнерусского издети, издевати (дать имя, прозвище, обзывать)[340] и на сегодняшний день означает «злую насмешку, оскорбление, а также оскорбительный поступок, поведение по отношению к кому–либо, чему–нибудь»[341].

С. В. Бородин видит в издевательстве «насильственные действия, которые могут характеризоваться цинизмом и быть растянутыми во времени»[342].

А. Н. Красиков рассматривает данный вид виктимного поведения как «социально–отрицательное психическое воздействие на личность, разновидность психического насилия в отношении человека, но не в форме уголовно наказуемых угроз, а в особой, изощренной форме»[343].

Т. В. Кондрашова полагает, что издевательство, в отличие от оскорбления, осуществляется в пристойном виде. При этом автор не раскрывает свое видение «пристойности». По ее мнению, издевательство обычно носит длительный характер и может быть выражено в злой насмешке, глумлении над физическими недостатками лица или отдельными чертами характера, угрозе распространить вымышленные или действительные позорящие сведения[344].

В противовес Т. В. Кондрашовой А. Н. Попов утверждает, что «издевательство может проявляться в любой форме: циничной или подчеркнуто вежливой, словесной или физической. Оно может быть длительным и однократным, даже одномоментным»[345].

Проанализировав вышеперечисленные определения, можно сделать вывод, что издевательство, указанное законодателем в ст. 107 и 113 УК РФ, — это умышленное причинение потерпевшим нравственных и физических страданий виновному независимо от формы их осуществления и длительности.

На практике данный вид виктимного поведения выражается публично в форме оскорбительных насмешек (72%) либо умышленных действий (28%).

Издевательство во многом сходно с тяжким оскорблением, которое также указано в диспозиции ст. 107 и 113 УК РФ.

Как отмечает А. Пулатов, «тяжкое оскорбление может вызвать даже более сильный аффект, чем насилие, так как слово, воспринимаемое человеком, является для него реальным раздражителем, который может действовать сильнее, чем раздражитель первосигнальный»[346].

В ходе проведения анкетирования 26% респондентов ответили, что оскорбление может ввести их в состояние аффекта. А на вопрос: «Что Вы сделаете, если Вас или Ваших близких оскорбляют?» — 21% ответили, что применят насилие.

Изучение следственной и судебной работы показало, что характер оскорбления определяется не всегда верно, когда речь идет о наличии или отсутствии состояния аффекта при убийстве и причинении тяжкого или средней тяжести вреда здоровью. Суды подчас отказывают признать деяния совершенными в состоянии аффекта, ссылаясь на то, что оскорбление не было тяжким. При этом не всегда учитываются в совокупности все действия и поведение потерпевшего как до преступления, так и в процессе его осуществления.

Указание законодателем на тяжесть оскорбления говорит о том, что это оценочная категория, определение которой входит в компетенцию суда. Но это не исключает возможность существования доктринальных определений.

Оскорбление может быть признано тяжким тогда, когда оно характеризовалось «исключительным цинизмом, унижением чести и человеческого достоинства»[347].

По мнению В. С. Минской и Г. И. Чечеля, оно «является тяжким в том случае, если способно причинить потерпевшему такие нравственные страдания, которые по своему характеру и интенсивности не меньше, чем страдания, вызываемые физическим насилием»[348]. С вышеприведенными определениями нельзя не согласиться.

В целом же в отношении тяжкого оскорбления можно условно выделить две основные точки зрения.

Согласно одной из них (юридической), законодатель имел в виду оскорбление, охватываемое составом ст. 130 УК РФ, поскольку аффект может вызвать лишь циничное оскорбление.

Существует и психологическая точка зрения. В соответствии в ней оскорбление не обязательно должно быть тяжким с позиции закона, оно должно быть таким с позиции субъекта. Психологи полагают, что состояние аффекта может вызвать внешне самый незначительный стимул, в том числе «менее тяжкое оскорбление»[349].

В свете ныне действующего уголовного кодекса дискуссии о тяжести оскорбления, на наш взгляд, потеряли всякий смысл. В соответствии с прямым указанием закона, тяжкое оскорбление вызывает аффект. Следовательно, оно является сильным психогенным фактором, может предшествовать аффективной разрядке и вызывать эмоциональную вспышку.

Г. В. Назаренко предлагает заменить «тяжкое оскорбление» в ст. 107 и 113 УК РФ понятием «глубокое» оскорбление, которое «точнее выражает законодательную интенцию»[350]. На наш взгляд, замена одних оценочных понятий другими не прояснит ситуацию, не спасет от субъективизма оценивающих, а лишь создаст новые проблемы.