Паханы, авторитеты, воры в законе

Благодаря влиятельным покровителям из числа воров, членов правительства и политиков, Витя Никифоров быстро и прочно занял свою нишу в теневой экономике Москвы. В конце 80-х он начал укреплять свои позиции по другим регионам России и добрался даже до Санкт-Петербурга. Витя нашел общий язык с крупнейшим питерским авторитетом Александром Малышевым и совместно с ним начал делать «крышу» казино гостиницы «Пулковская». Присматривать за казино Витя отправил смотрящегов лице Сергея Дорофеева. Чуть позже он отбил право контролировать часть компании «Русский мех» и вместе с краснодарской братвой имел свои интересы с пляжа «Маяк», расположенного в Сочи. Любовь к банкетным застольям толкнула вора на открытие в Москве ресторана «Аист», именуемого в миру «Три ноги».

Среди воров Калина не имел прочного авторитета. Воры старой формации не воспринимали «скороспелку» (таких еще называют «апельсинами»), прекрасно зная, кто и за что жаловал ему воровской титул. Но они с удовольствием общались с Витей, отдавая дань уважения Иванькову. Многим Калина нравился за свой веселый, горячий нрав и непосредственность. В глазах пиковыхон был нахалом, выскочкой и блатным романтиком, хотя и среди кавказцев находились его сторонники и друзья.

14 января 1992 года на 28-м году жизни Виктор Никифоров был убит возле своего дома. Это произошло на глазах у его жены, которая в тот вечер сопровождала Калину. Киллер выстрелил из пистолета ему в затылок. Вор еще жил, когда «Скорая помощь» доставила его в больницу Склифосовского, и умер во время операции.

Мотивы его ликвидации до сих пор не известны. Оперативные работники предполагают, что вор получил пулю за убийство криминального авторитета, которого подрезал в ресторане.

Этот инцидент произошел в ресторане «Олимп», расположенном в Лужниках. По стечению обстоятельств (может случайному, а может и нет) гулять Калине пришлось под одной крышей с лидером люберецкой группировки Мансуром Шелковниковым. Витя и Мансур ненавидели друг друга. Из чьих уст прозвучало первое оскорбление, никто не помнит. Шелковников, обладавший черным поясом по каратэ, предложил рукопашную схватку, на что последовало великодушное согласие.

Люберецкий вожак ударить так и не успел: Витя выхватил нож и всадил его в спортивного Мансура. Пока тот истекал кровью на полу ресторана, Калина подкрепился за столом и пошел домой отдыхать. В тот же вечер его арестовали и обвинили в убийстве: Шелковников скончался по дороге в больницу. Следствие не затянулось. Собрать доказательства по уголовному делу не смогли, свидетели жаловались на забывчивость, а само орудие убийства загадочно исчезло. Калина был отпущен домой.

Были и такие, кто усмотрел в ресторанной драке не личную ссору, а очередную плановуюразборку двух бригад. Мансур Шелковников со своей братвой специализировался на автомобильном и игорном бизнесе, рынках и проституции. В последнее время замечали интерес к этой сфере и у Калины. Кто-то даже называл сумму, которую заплатили люберецкие за ликвидацию вора в законе: 500 тысяч рублей. О самом киллере гипотезы не выдвигались.

Любитель шумных застолий, Витя любил при каждом удобном случае фотографироваться с друзьями и знакомыми. На одном из снимков он сидит за столом с Тайванчиком и Кобзоном. Эту фотографию впервые опубликовали 8 апреля 1992 года в московской газете «Антимафия», которую учредил Фонд противодействия организованной преступности и коррупции. Комментировала снимок статья Ларисы Кислинской «Живем по их законам»: