Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою

В результате неоднократных атак противник прорвал фронт 1-й бригады и вынудил её отойти в направлении Сырцево. 3-я мбр в то же время вела неравный бой с танковой дивизией «Великая Германия», в результате которого не могла удержать занимаемых позиций и начала отход в северном направлении. Отход 1-й и 3-й мехбригад прикрывала 49-я тбр, которая вела бой с крупными силами танков противника методом подвижных засад. К исходу дня эта бригада также отошла в Сырцево. Для ликвидации угрожаемого прорыва фронта 3-го мк в район Сырцево была переброшена 112-я тбр 6-го тк. Двигаясь к месту назначения, бригада севернее и северо-восточнее Сырцево завязала встречный бой с танками противника, в результате которого подбила 6 танков «тигр» и 15 танков других марок, потеряв при этом 15 танков Т-34.

По немецким данным, 7 июля 1943 г. в 10.00 39-й танковый полк под командованием майора Лаукерта в составе 51-го и 52-го батальонов «пантер» овладел Дубровой и вышел к высоте севернее Сырцево. Этот населенный пункт оборонялся крупными силами противника. В 11.15 этого же дня танковый полк дивизии «Великая Германия» овладел выс. 230, 1 восточнее Сырцево и своими танками продвигался к выс. 218, 5. К этому моменту немцам удалось прорвать оборону 3-го механизированного корпуса. В 11.40 7 июля панцергренадерская дивизия «Великая Германия» получила приказ поддержать атаку 3-й тд в направлении Луханино, назначенную на 13.00. К полудню ситуация изменилась и Гот сообщил о сильных контратаках советских танков 31-го танкового корпуса по левому флангу 2-го тк СС. Это привело к тому, что теперь 11-я тд должна была продолжать наступление в направлении выс. Восточнее Гремучего, а пгд «ВГ» должна была переправиться в районе Луханино и затем атаковать высоту восточнее Гремучего, окружить советские войска в этом районе. Это послужило причиной атаки дивизии «Великая Германия» в направлении Сырцево.

Очень интересные воспоминания бывшего адъютанта 52-го танкового батальона «пантер» лейтенанта Рана приводит в своей книге Кристофер Лоренц. Эти воспоминания опровергают устоявшиеся на западе мифы о том, что большая часть «пантер

» в ходе операции «Цитадель

» была потеряна в результате механических поломок, а не от огня советских войск

.

«Советская артиллерия была нашим самым грозным врагом. Как только мы делали остановки на марше, мы тут же попадали под массированный артиллерийский обстрел. Такие остановки были вынужденной мерой при прохождении через минные поля Советов. И советская артиллерия, очевидно хорошо подготовившая свои огневые позиции, открывала по нам огонь с близких дистанций и ее огонь был очень точным. Мы потеряли несколько «пантер» от прямых попаданий артиллерии, как в районе Черкасского, так и при прохождении второго противотанкового рва русских в районе Дуброва 6 июля. Эффект от концентрированного артиллерийского огня в сочетании с минными полями очень ясно показал, как хорошо Советы подготовили в глубину свою линию обороны. Другим неприятным сюрпризом для нас стало появление окопанных до башен танков противника, которые благодаря хорошей маскировке невозможно было заметить до того момента, когда они открывали огонь. Типичный бой в глубине оборонительных позиций русских состоялся утром 7 июля 1943 года. Боевая группа 10-й бригады «пантер», которая на утро 7 июля имела 43 боеготовых танка, атаковала из района Дуброва в направлении Сырцево. Неожиданно первые танки подорвались на минах и атака захлебнулась. Одновременно отлично замаскированные танки Т-34 открыли огонь. Наши «пантеры» был зажаты спереди и особенно с флангов. Огонь этих танков противника был очень точным, поскольку они били из фиксированных пристрелянных позиций. Танки противника имели и другое преимущество, мы не могли их видеть, кроме тех мгновений, когда они открывали огонь. За очень короткое время мы понесли большие потери. Я думаю, что мы потеряли в этом бою (7 июля) около 30 «пантер»… В конце концов нам удалось преодолеть оборону русских, обойдя их с фланга. Тем не менее мы чувствовали, что в этот день мы потерпели поражение и еще долго помнили о «кладбище “пантер” у Дубровы». Мы понесли самые большие потери в этом бою».