Первая из Гвардейских. 1-я танковая армия в бою

Официально, в соответствии с донесением командования группы армий «Юг» генерал-инспектору бронетанковых войск Г. Гудериану, немцы потеряли на южном фасе Курской дуги 6 «тигров», 44 «пантеры». По немецкой системе учёта, в безвозвратные потери записывались только танки, оставшиеся на территории противника, танки, не подлежавшие восстановлению, и техника, отправленная на ремонт в Германию. Любой другой подбитый танк, даже не эвакуированный с поля боя, записывался в графу «краткосрочный» (до 3 недель) или «долгосрочный ремонт» (более 3 недель).

Поскольку поле боя осталось за немцами, только 6 «тигров» и 44 «пантеры» не подлежали восстановлению или были отправлены на ремонт в Германию или Днепропетровск, а 131 «пантера» и 58 «тигров» (на 10 июля 1943 г.), по мнению немцев, подлежали ремонту. Большая часть из них были танки, подбитые на поле боя, имевшие боевые повреждения или подорванные на минах. Многие из этих танков были потеряны позже при отступлении.

В этой связи не выглядят большим преувеличением сообщения советских танкистов 1-й ТА о подбитых «тиграх» и «пантерах» на Курской дуге. Ведь любой из «тигров» и «пантер», подбитых Бессарабовым, Бражниковым, Замулой и другими танкистами армии, мог быть записан немцами в графу «долгосрочный» или «краткосрочный ремонт», поскольку поле боя осталось за ними.

Неоднократно цитируемый американский исследователь Кристофер Лоренц также остановился на вопросе «безвозвратных потерь». Он отмечает, что по немецкой системе учета техники, находившейся в ремонте, часто танки, числящиеся в ремонте, списывались в безвозвратные потери постфактум, несколько дней спустя после реально понесенных потерь. Лоренц в качестве примера приводит как раз ситуацию с потерями «пантер». Он пишет, что за первые дни операции на 24.00 6 июля 1943 г. только 4 «пантеры» были записаны в безвозвратные потери. На 10 июля в безвозвратные потери была записана 31 «пантера». На 17 июля в безвозвратные потери было записано уже 46 «пантер», а на 20 июля уже 58 «пантер» (31 из 51-го батальона, 25 из 52-го батальона и 2 «пантеры» из штаба полка). По мнению Лоренца, несмотря на то, что исходя из официальных сводок, большая часть безвозвратных потерь «пантер» приходится на 10 июля и более поздний перевод, очевидно, что в реальности большая часть безвозвратных потерь «пантер» произошла в первые три дня операции с 5 по 7 июля 1943 года. По этой причине в своей книге Кристофер Лоренц не опирается на официальную статистику безвозвратных потерь вермахта, а высчитывает потери исходя из наличия и выбытия танков по ежедневным сводкам немецких танковых дивизий, что, на его взгляд, более точно отражает ситуацию с потерями.

Следует обратить внимание, что уже на 10 июля 1943 г., после пяти дней боёв, из 204 «пантер» и 102 «тигров», имевшихся в наличии к началу операции, в строю находилось только 45 «пантер» и 58 «тигров», а 131 «пантера» и 48 «тигров» находились в ремонте. На 20 июля 1943 г. в строю находилось 52 «тигра» и 42 «пантеры», а 48 «тигров» и 104 «пантеры» продолжали оставаться в ремонте. На 31 июля 1943 г. в строю в группе армий «Юг» оставалось только 13 «тигров», а 6 «тигров» в дивизии «Великая Германия» (убывшей в группу армий «Центр») и 21 «пантера». В ремонте находились 57 «тигров» и 111 «пантер». Таким образом, из 204 «пантер» и 102 «тигров», имевшихся к началу операции «Цитадель» в группе армий «Юг», через 26 дней в строю оставалось только 10,3 процента «пантер» и 18,6 процента «тигров».

Когда видишь эти цифры, то доводы некоторых историков и битых гитлеровских генералов о незначительных потерях в танках, и, в частности, в «тиграх» в Курской битве, выглядят неубедительно. А попытки гитлеровских генералов скрыть реальные потери в танках путём учёта битых и повреждённых танков, оставшихся на поле боя под их контролем, в том числе и не эвакуированных по графе «танки, имеющиеся в наличии в краткосрочном и долгосрочном ремонте», были разбиты самим Адольфом Гитлером, их фюрером, 19 ноября 1943 г. на дневном совещании с начальником Генерального штаба генералом Цейтлером: «Мне говорят о быстром восстановлении и ремонте временно вышедших из строя танков, однако они никогда не возвращаются в строй. И когда я спрашиваю, когда же эти танки будут опять боеготовые, я всегда слышу ответ: в самое короткое время».