Первые бои добровольческой армии

– Дети мои, мы идем неизвестно куда. Если казаки нас не поддержат, мы обречены на смерть. Мы, офицеры, – это одно, а вы другое, и в случае неудачи вас ждет страшная смерть. Сегодня мы еще можем направить вас в безопасное место, откуда вы возвратитесь домой. Подумайте об этом, а вечером я приду за ответом.

Я стал приводить взвод в порядок, заставил молодежь и всех моих подчиненных чистить винтовки и пулеметы. Кадеты откуда-то достали пулеметы и никому их не отдают, даже прячут. После чистки кадеты и гимназисты попросили у меня разрешения отправиться в поиски за едой. Я их спросил, где они могут в такой обстановке достать еду и есть ли у них деньги на покупку таковой. Они ответили, чтобы я не беспокоился. В общем, человек 8 молодежи исчезли и начали свои поиски. Оказывается, что кадеты умели добывать еду, они умели уговаривать казачек и хозяек-хуторянок и всегда что-то получали. Поэтому я их прозвал «дипломатами».

Девицы остриглись, надели на себя штаны и сапоги, сшили себе вещевые мешки и санитарные сумки и добыли даже санитарный материал. Вечером пришел в наше расположение генерал Хабалов. Я построил свою команду. Никто из молодежи не пожелал уйти. На это генерал им сказал:

– Россию защищают дети. А где же отцы? А вам, взводному командиру, я хочу сказать, чтобы не бросали зря в боевую кашу мальчиков и девочек. Храни вас Господь, дети!

Из всего отряда в мой взвод направлялись все молодые люди, и этот взвод имел специальное назначение; на него была возложена обязанность вести разведку и поддерживать техническую связь с другими частями. Во взводе у меня было 20 молодых офицеров, 60 подростков и 8 молодых девиц. Инженерная рота состояла из 4 взводов. Каждый взвод имел свое назначение и действовал самостоятельно. Первым взводом командовал военный инженер полковник Сергей Васильевич Попов – он же заместитель командира роты; во главе второго взвода находился полковник-сапер Петр К. Алексеев[156]. Третьим взводом командовал саперный капитан В. Бершов, а четвертым я, капитан Петр Т. Казамаров. Рота обслуживала технически весь отряд и считалась также боевым резервом отряда.

Через день все отдельные отряды были собраны в один Кубанский стрелковый полк. Командиром полка был назначен В.М. Тунеберг, который из штабс-капитанов был произведен в полковники. Кроме того, был сформирован отдельный батальон, командиром которого был назначен полковник Улагай. Также был образован Черкесский конный полк. Казаки были собраны в Гвардейский конный дивизион, которым командовал полковник Кузнецов. Кроме того, было образовано еще несколько сотен конников-казаков под командой полковника Косинова. В общем, состав Кубанского отряда доходил до 4000 человек. Помимо этого, были еще разные охранные отряды, как, например, отряд Государственного банка, отряд Кубанской Краевой Рады. К этому надо прибавить неорганизованное гражданское население, обоз раненых. Многие интеллигентные люди покинули Екатеринодар. К этому надо прибавить еще образованные две батареи – первая под командой полковника Крамарова и вторая есаула Корсуна. Всем Кубанским отрядом командовал полковник Покровский, произведенный в чин генерала, а над всей конницей был поставлен генерал Эрдели.

После приведения всех в порядок отряд выступил по направлению к станице Пензенской, где были получены сведения, что армия генерала Корнилова покинула Ростов и идет к Екатеринодару. В станице Пензенской отряд разделился. Ночью ушла в горы гвардейская казачья конница под командой полковника Кузнецова и вторая батарея есаула Корсуна. Это было большим ударом для отряда. Отряд был поколеблен тем, что оторвалась от нас лучшая часть нашей кавалерии, но к 12 часам порядок в отряде был восстановлен, и тогда было принято общее решение идти навстречу генералу Корнилову… Хотели переправиться через Кубань у станицы Пашковской, чтобы потом взять обратно Екатеринодар, но переправа отряду не удалась. Тогда было решено уходить в горы. При нашем возвращении закипел бой у станицы Калужской, где большевики скопили большие силы. Я получил приказание охранять наш крайний левый фланг, и мы стали на позицию левее отряда полковника Улагая.

Две из наших девиц взяли винтовки, а другие стали санитарками; за пулеметами находились кадеты под наблюдением офицеров. Бой был очень упорный. Когда полковник Филимонов, наш Кубанский атаман, увидел, что противник постепенно усиливается, он решил проехаться по тылам. Он поднял всех стариков, которые влились к нам и образовали также несколько цепей, причем некоторые были безоружными. Когда большевики заметили, что к нам подошло большое подкрепление, они стали постепенно отходить. Конная атака красных на наш левый фланг была нашими пулеметчиками отбита. Некоторые из красных всадников подскакали к нам на 30 шагов, но были пулеметным огнем остановлены.