Пьесы

ОТЕЦ. Когда мы с Элин поженились, мне приходилось работать аж в трех ресторанах. Утром в половине шестого я приходил домой, разводил огонь в печи, чтобы в комнате было тепло и сухо, когда Элин проснется. Но иногда мы встречались только на станции: я возвращался со своей работы, а она шла на свою. А в одиннадцать я уже снова вставал. Не понимаю, как мы выдержали… И почти всегда, когда я возвращался, ты плакал; я брал тебя на руки и ходил кругами, пока ты не засыпал.

СЫН. А мать не могла этого делать?

ОТЕЦ. Могла, конечно, но она была очень слаба и плохо себя чувствовала после родов; денег не хватало, вот ей и пришлось выйти на работу почти сразу, всего через несколько месяцев.

СЫН. А вы с матерью как со мной обращались, когда я был маленьким? Вы меня любили?

ОТЕЦ. Конечно, мы тебя любили! Ты что, забыл? Неужели ты совсем не помнишь свое детство?

СЫН. Нет.

ОТЕЦ. У тебя было хорошее детство… Перед смертью мать просила меня позаботиться о тебе… Но как же мне о тебе заботиться, если ты меня все время отталкиваешь, как будто я тебе противен… ничего для тебя не значу… Я прав?

СЫН. Не помню… Ничего не помню… Ничего не осталось, если что-то и было. На медкомиссии перед армией психиатр спросил меня, случалось ли мне испытывать половое влечение к отцу, то есть к тебе…

ОТЕЦ. Что за вопросы? Какая мерзость!

СЫН. Я не понял… конечно, сказал «нет»… Но теперь я думаю — разве я не должен был испытывать к тебе что-то подобное?

ОТЕЦ. Какая гадость! Не хочу больше говорить об этом.

СЫН. А больше и говорить нечего. Я должен был восхищаться тобой — просто потому, что ты был больше… Или бояться тебя. Но я никогда тебя не боялся. (Пауза.) Я всегда боялся что-то тебе сделать.

ОТЕЦ. Каким образом?

СЫН. Физически. Ударить тебя. Раздавить… Чего ты добился своим унижением, своей ущербностью? Почему ты переложил ответственность за свою жизнь с себя на других… и в основном — на меня… Зачем?

ОТЕЦ. Я никогда этого не делал.

СЫН. Нет, именно так и было.

ОТЕЦ. А что вы делаете, когда приходит Радка?

СЫН. Ничего особенного. Когда она приходит, я обычно сплю.

ОТЕЦ. Спишь, когда она приходит?

СЫН. Да. Ты что, оглох?

ОТЕЦ. Ну-ну.

СЫН. Так… едим вместе, если она голодная.

ОТЕЦ. Кстати, что у нас сегодня на ужин?

СЫН. Не знаю. Я не голодный.

ОТЕЦ. Вы что, ужинать не будете?

СЫН. Ну почему же.

ОТЕЦ. А в магазин ты не пойдешь?

СЫН.

Я не собирался.

ОТЕЦ. Что значит «не собирался» — у тебя же холодильник пустой, и туалетной бумаги нет.

СЫН. Я же сказал, не пойду.

ОТЕЦ. Что за глупости; разве тебе ничего не нужно?

СЫН. Если тебе нужно, покупай сам.

ОТЕЦ. Так это я должен идти в магазин — с моей-то ногой? Я же едва хожу… Я не могу ходить вверх-вниз по всем этим твоим лестницам… Ты что, не понимаешь? Я же болен. Я просто не могу идти в магазин, у меня инвалидность.

СЫН. Все. Хочешь есть — пойди, купи, приготовь. А я буду есть, когда мне захочется.

ОТЕЦ. Ты серьезно?

СЫН. Конечно.

ОТЕЦ. Да?

СЫН. Да.

ОТЕЦ. Тогда я уезжаю. Немедленно!

СЫН. Скатертью дорога.

ОТЕЦ. Ты что, рехнулся?

СЫН. Нет.

ОТЕЦ. Ах вот как…

СЫН. Вот так.

ОТЕЦ. Неужели ты не понимаешь… Ведь у меня нога… Если бы я был в состоянии, если бы здоровье мне позволяло, но ведь я просто не могу… Неужели ты не понимаешь?

СЫН. Я не хочу ничего понимать. Ты должен сделать все, чтобы оправдать свое появление в моем доме. Я вовсе не обязан тебя здесь принимать. Все!

ОТЕЦ. Вот, значит, как… Ну так что мне купить? Чего тебе хочется?

СЫН. Мне — ничего… Покупай что хочешь.

ОТЕЦ. Может, тебе хочется чего-то особенного?

СЫН. Нет.

ОТЕЦ. Рыбы? Мяса? А на ее долю — тоже купить?

СЫН. Валяй.

ОТЕЦ. А туалетную бумагу?

СЫН. Она что, кончилась?

ОТЕЦ. Я же говорил. Не могу же я подтираться газетами.

СЫН. Тогда купи.

ОТЕЦ.

Можно взять у тебя денег?.. У меня с деньгами неважно.

СЫН (ищет деньги). Хватит?

ОТЕЦ. Нет, не хватит.

СЫН. Тогда добавь из своих, а завтра я тебе верну, если у меня будет.

ОТЕЦ. Точно вернешь?.. У меня на счету каждая копейка.

СЫН. Завтра верну… Ты что, собираешься жить здесь за мой счет до следующей пенсии?

ОТЕЦ. Нет, я всегда содержал себя сам… А ты мне, как-никак, должен.

СЫН. И ты решил получить долг, навязался ко мне в гости?

ОТЕЦ. Ну если не можешь, не обязательно возвращать долг сейчас.

СЫН. Так ведь за всю мою жизнь накопились огромные суммы. Может, я вообще никогда с тобой не расплачусь.

ОТЕЦ. Ну ладно, я пошел… И кто тебя таким сделал?.. Ты мою палку не видел?

СЫН. Она в прихожей. Не забудь переодеть тапочки, прежде чем выйдешь на улицу.

ОТЕЦ уходит. На сцене темнеет. СЫН остается на прежнем месте. Становится совершенно темно.

Сцена 2