Пьесы

ОТЕЦ. И я тоже… Ваше здоровье! А вот он все еще работает… Завтра ты работаешь?

СЫН. Во всяком случае, я туда иду.

ОТЕЦ. А нам ходить никуда не надо, правда?

РАДКА. Да, завтра высплюсь как следует.

ОТЕЦ. А я, хоть и не работаю уже много лет, по-прежнему просыпаюсь каждое утро в половине пятого — и вдруг вспоминаю, что идти-то мне некуда…

РАДКА. И что ты тогда делаешь?

ОТЕЦ. Ну, мне есть чем заняться… Я начал писать мемуары.

РАДКА. Да?

ОТЕЦ. Да.

СЫН. И о чем ты пишешь?

ОТЕЦ. О своей жизни.

СЫН. А, о своей жизни?

ОТЕЦ. Разумеется, о своей.

СЫН. О своей… И как же ты их назовешь?

ОТЕЦ.

«Сорок лет в ресторанном бизнесе».

СЫН. И много у тебя уже написано?

ОТЕЦ. Много. Я начал разбирать свои заметки и написал, по-моему, восемь страниц. Все это не так просто! Начинаешь задумываться и теряешь нить. Нужно отобрать главное.

СЫН. И какова же тема?

ОТЕЦ. Я собираюсь проследить свою жизнь, год за годом в обратном порядке.

СЫН. Тебе нужна тема. Неужели ты пишешь без темы? «Как достойно прожить в невыносимых условиях».

ОТЕЦ. Моя жизнь не была невыносимой. С чего ты взял?

СЫН. Неужели…

ОТЕЦ (РАДКЕ). Так, значит, когда вы с Эриком познакомились, ты работала в ресторане?

СЫН. Она работала в баре одного ресторана, где нелегально продавали спиртное. Я пришел туда с другой девушкой, и та девчонка начала флиртовать с африканцем, владельцем заведения — таким здоровенным кенийцем, — и тогда за стойкой я увидел Радку.

РАДКА. Я не могла понять, пьяный ты или ненормальный. Я и сейчас этого не понимаю. Хотя пить ты бросил… Потом мы жили у меня несколько недель, да? Ты же у меня остался?

СЫН. Да.

ОТЕЦ. Но теперь ты уже не работаешь в баре.

СЫН. Нет, теперь она поднялась, ведь так?

ОТЕЦ.

И чем же ты занимаешься?

РАДКА. Пою.

ОТЕЦ. Поешь?

РАДКА. Да… Вроде того.

ОТЕЦ. И сколько же тебе лет?

РАДКА. Двадцать четыре.

ОТЕЦ. Двадцать четыре? Всего-навсего?

РАДКА. А что, ты бы дал больше? Это из-за косметики. И еще — усталость.

ОТЕЦ. Нет, я совершенно не в том смысле…

РАДКА. Нет-нет, именно в том.

СЫН. В ту ночь, когда я встретил Радку, мы с той девчонкой как раз пытались ограбить одного негра. Она должна была его отвлечь, и пока бы они обжимались и трахались, я бы очистил его квартиру. Но все обломалось. Он заметил, что я роюсь в кармане его куртки, вскочил, заорал и схватил меня за ноги. Он был маленький, толстый и не очень молодой… Потому мы его и выбрали. Раньше все получалось спонтанно; выпьешь — и появляется пустота… А в этот раз я никак не мог решиться; я говорил себе: ну давай, врежь ему — и не решался… Не мог переступить черту… Не знаю, что случилось, но я сам себя стал сдерживать… Он вышвырнул меня на лестницу, и когда я уже валялся, он ударил меня по голове…

ОТЕЦ. Ты всегда был очень трусливым… Ты боишься всего. Может быть, все это от того, что, когда ты был маленьким, мы часто переезжали, и тебе ни с кем не удавалось как следует подружиться…

РАДКА. Да, он немного робок, я тоже это заметила.

ОТЕЦ. Слышал?.. Ведь в результате это он тебе врезал, а не ты ему, а?.. Ты что, слабак?.. Да, слабак.

СЫН. А я и не спорю. Что такого? Ну нет у меня воли.

ОТЕЦ.

Я бы так жить не смог, я бы тогда сам себя презирал…

СЫН. Пока страх всегда был сильнее.

ОТЕЦ. По-моему, это отвратительно.

СЫН. Не пей больше, пожалуйста.

ОТЕЦ. Буду пить сколько захочу. Вино — мое.

СЫН. Нет, не будешь… Ты у меня дома.

ОТЕЦ. A какая разница… Я свою норму знаю… Бокальчик-другой вина — что с того? (РАДКЕ.) Скажи ему, чтобы он отвязался.

СЫН. Потом ты уже не остановишься.

ОТЕЦ. Я — не ты, слава богу. А что такого? Сидим, разговариваем…

СЫН. Я ненавижу, когда ты пьяный.

ОТЕЦ. Да не собираюсь я напиваться! Отвяжись. (Пауза. РАДКЕ.) Он никогда не знакомит меня со своими девушками — стыдится, и всегда он меня стыдился… А я просто хочу сказать, что очень рад с тобой познакомиться.

РАДКА. Спасибо, я тоже.

ОТЕЦ. Твое здоровье.

СЫН.

Почему ты называешь ее моей девушкой?

РАДКА. Какая разница.

ОТЕЦ. За знакомство… Ваше здоровье!

СЫН. Вчера — нет, две недели назад — со мной опять случилось что-то подобное, даже еще хуже.

ОТЕЦ. Не хочу об этом слышать! (РАДКЕ.) Ну что, справилась с супом? Ты же ничего не съела.

РАДКА. Берегу силы для горячего… Давай поговорим еще о чем-нибудь — не о тебе.

ОТЕЦ. Выходит, я зря старался…

РАДКА. А мы бульон завтра съедим… Он же не испортится, правда?

ОТЕЦ. Что ж… Можно. Тогда завтра мне не придется идти в магазин — ты ведь наверняка не собирался туда идти? Ладно, пойду принесу горячее… Оно уже точно готово. (Смотрит на часы.) Уже час ночи… Представляете? А я ни капельки не устал.

СЫН. Нет, ты сядешь и выслушаешь.

ОТЕЦ. Что? Ты можешь помолчать — хоть немного?

РАДКА. А что случилось?

ОТЕЦ. Молчите… Слушайте… Дождь начинается… Хорошо… Дождь всегда действовал на меня успокаивающе.

СЫН. Я был на пляже…