Читаем Петербург. Тени прошлого полностью

Столь же убогим был и ассортимент обычного продовольственного магазина: куски нарубленного подтекающего мяса, конвейерный сыр, по вкусу похожий на воск, яйца, заизвестковавшиеся от возраста. Дорогие продукты, вроде кофе в зернах, часто были «лежалыми». Базовые продукты, напротив, быстро заканчивались, если вообще появлялись. Продавцы пожимали плечами: «Не привезли». Даже официальная пресса иногда признавала наличие проблем, порой путем косвенных утверждений: что картофеля на самом деле было много, что прошлогодний дефицит лука был устранен почти немедленно и что поставки вовремя увеличат к ближайшему празднику (перед праздниками основные продукты питания нередко исчезали полностью)[812]. За закрытыми дверьми проблемы обсуждали намного откровеннее[813].


5.2. «Гастрономия» на проспекте Маркса (Большой Сампсониевский). Фото К. В. Овчинникова, 1980. ЦГАКФФД СПб


В то же время снабжение продуктами в Ленинграде было лучше, чем в других населенных пунктах страны (исключая Москву)[814]. В отличие от многих провинциальных городов, здесь, как правило, можно было купить мясо, свежую рыбу, масло и яйца[815]. Существовали даже «локальные» продукты: например, сливочный крем для тортов продавался в картонных пачках; если его намазать на хлеб, получался «ленинградский бутерброд»[816]. В обычном районном продмаге типа «Марксиста» (рядом с одноименным заводом на улице Железноводской на Васильевском острове) наряду с более привычными товарами вроде селедки могли продаваться два вида колбасы и капуста «провансаль»; магазин на расположенной неподалеку фабрике «Красный водник» был еще лучше. Учитывая, что поблизости находились булочная, магазин, где продавали молоко в розлив, и овощная палатка, жителям этого района, по общесоветским меркам, изрядно повезло[817]. Но во всех районах в шаговой доступности были гастрономы – на Большом проспекте Петроградской стороны их располагалось целых три[818].

На самом деле повсеместные очереди, особенно в центре Ленинграда, были признаком благополучия: они указывали на наличие в продаже товаров, пользовавшихся спросом. Относительное изобилие в городе вызывало у приезжих изумление.

Я помню, когда я приезжала к твоему папе на свадьбу, то мы заходили, вот, в магазин, на Невском был рыбный, ты помнишь? С этой, с твоей бабушкой, и там было – чё там только не было: красная рыба, вот всякая разная, ну, всякая. Я помню, мы покупали там, она покупала, и это самое, и мы… вот, конечно, у нас там в Белоруссии этого не было. Здесь было больше продуктов[819].

Речь здесь, вероятно, идет о знаменитом рыбном магазине на углу улицы Рубинштейна (которую в шутку называли улицей «Рыбинштейна»)[820].

Еще одним примечательным продуктовым был Гастроном № 1 в роскошном здании начала XX века, построенном по проекту Г. В. Барановского (он же – автор буддийского храма на Приморском проспекте). В украшенном завитушками из темного дерева, зеркалами, чеканками и витражами зале прежде размещался Елисеевский магазин (и ни один ленинградец никогда не называл его иначе). В отличие от других магазинов, здесь пахло просто восхитительно – стоило открыть дверь, сразу чувствовался аромат копченой ветчины[821].


5.3. Елисеевский магазин, 1959. Фото В. Кунова. ЦГАКФФД СПб


Но деликатесы ассоциировались с чем-то запретным. И. М. Меттер вспоминает о первом лете войны: «В пищевых магазинах продукты исчезали причудливо: в Елисеевском высились навалом банки с крабами и шампанское» [Меттер 1999: 57]. После войны в магазин часто заходили просто посмотреть, что там продается[822]. По воспоминаниям, в конце 1950-х в Елисеевском в изобилии водились икра и оливки, а также крабы, но покупали их редко[823]. Продукты и напитки подобного рода не всегда стоили непомерно дорого, но представлялись чем-то «недоступным», чем можно порадовать себя только в праздники. Действовало четкое разделение на «обычную» и «праздничную» еду:

А вот эта банка шпрот или, там, сайры, которую откладывали до какого-то там… ее как бы было западло съесть просто <…> Бессмысленно. Ну, бред. Варишь свой дежурный суп [усмехается] – какой смысл горошек класть в суп???!! Ты что – того?[824]

Перейти на страницу:

Все книги серии Современная западная русистика / Contemporary Western Rusistika

Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст
Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст

В этой книге исследователи из США, Франции, Германии и Великобритании рассматривают ГУЛАГ как особый исторический и культурный феномен. Советская лагерная система предстает в большом разнообразии ее конкретных проявлений и сопоставляется с подобными системами разных стран и эпох – от Индии и Африки в XIX столетии до Германии и Северной Кореи в XX веке. Читатели смогут ознакомиться с историями заключенных и охранников, узнают, как была организована система распределения продовольствия, окунутся в визуальную историю лагерей и убедятся в том, что ГУЛАГ имеет не только глубокие исторические истоки и множественные типологические параллели, но и долгосрочные последствия. Помещая советскую лагерную систему в широкий исторический, географический и культурный контекст, авторы этой книги представляют русскому читателю новый, сторонний взгляд на множество социальных, юридических, нравственных и иных явлений советской жизни, тем самым открывая новые горизонты для осмысления истории XX века.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , Сборник статей

Альтернативные науки и научные теории / Зарубежная публицистика / Документальное
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века

Технологическое отставание России ко второй половине XIX века стало очевидным: максимально наглядно это было продемонстрировано ходом и итогами Крымской войны. В поисках вариантов быстрой модернизации оружейной промышленности – и армии в целом – власти империи обратились ко многим производителям современных образцов пехотного оружия, но ключевую роль в обновлении российской военной сферы сыграло сотрудничество с американскими производителями. Книга Джозефа Брэдли повествует о трудных, не всегда успешных, но в конечном счете продуктивных взаимоотношениях американских и российских оружейников и исторической роли, которую сыграло это партнерство.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Джозеф Брэдли

Публицистика / Документальное

Похожие книги

111 опер
111 опер

Предлагаемый справочник-путеводитель продолжает традицию СЃР±РѕСЂРЅРёРєР° В«50 опер» (в последующих изданиях — В«100 опер»), задуманного более 35 лет назад видным отечественным музыковедом профессором М. С. Друскиным. Это принципиально новый, не имеющий аналогов тип справочного издания. Просвещенным любителям музыки предлагаются биографические сведения и краткая характеристика творчества композиторов — авторов опер, так и история создания произведения, его сюжет и характеристика музыки. Р' изложении сюжета каждая картина для удобства восприятия выделена абзацем; в характеристике музыки определен жанр, указаны отличительные особенности данной оперы, обращено внимание на ее основные СЌРїРёР·РѕРґС‹, абзац отведен каждому акту. Р' СЃРїРёСЃРєРµ действующих лиц голоса указаны, как правило, по авторской партитуре, что не всегда совпадает с современной практикой.Материал располагается по национальным школам (в алфавитном порядке), в хронологической последовательности и охватывает всю оперную классику. Для более точного понимания специфики оперного жанра в конце книги помещен краткий словарь встречающихся в ней музыкальных терминов.Автор идеи М. ДрускинРедактор-составитель А. КенигсбергРедактор Р›. МихееваАвторский коллектив:Р". Абрамовский, Р›. Данько, С. Катанова, А. Кенигсберг, Р›. Ковнацкая, Р›. Михеева, Р". Орлов, Р› Попкова, А. УтешевР

Алла Константиновна Кенигсберг , Людмила Викентьевна Михеева

Культурология / Справочники / Образование и наука / Словари и Энциклопедии