Читаем Письма из Владимирской тюрьмы полностью

Понятно, ты должна организовать так свои литературные занятия, чтобы это никоим образом не отражалось и не мешало твоей учебе в институте. Не забывай, моя девочка, что ближайшие годы ты все свое внимание должна уделять учебе и учиться не за страх, а за совесть, чтобы успеть и использовать это время для приобретения максимума знаний и в будущем быть полезным работником и нужным стране человеком. Вот тогда, моя девочка, ты будешь человеком с большой буквы и лучшие мечты твои осуществятся. С нетерпением жду продолжения твоего письма. Крепко тебя обнимаю и целую, моя девочка.

Светочка пишет, что Лёничка поразил ее своей любознательностью, это очень хорошо, что ему нравятся машины, это очень современно и нужно, надо это поощрять. Что же касается шахмат, лучше тормозить такую страсть. Не забывайте, что в будущем году ему нужно пойти в школу, и это может ему мешать в учебе. Особенно важно следить за его здоровьем, кто будет за ним смотреть, когда ты уедешь? Может быть, следовало его опять направить в детский сад?

Ты, Оленька, перестала мне сообщать, как ты себя чувствуешь, это нехорошо. Очень прошу тебя в каждом письме подробно писать, как твое здоровье. Мое здоровье по-прежнему, пока никаких ухудшений, так что никаких оснований у вас для беспокойства нет. Да ты меня скоро увидишь и сама убедишься, что я тебе говорю правду, пожалуйста, не сомневайся.

Светочка мне сообщила, что была у бабушки и забыла сообщить, как она себя чувствует. Будь любезна, напомни ей, пусть мне обязательно напишет, как себя чувствует мама. Соничка и Симочка что-то стали мне редко писать и очень кратко сообщают о маме, по-видимому, здоровье ее ухудшилось, пусть обязательно мне напишут, как поживает старушка. Передай им мой привет. Также передай мой привет Хи и Эмме.

Я тебя просил написать, как живет Федор, как его глаза, напиши, пожалуйста. Передай привет ему, Шуре и Вале. То, что Володя заедет в Москву, это очень хорошо, по крайней мере узнаем, как он живет и как себя чувствует. Так как я думаю, что это письмо вы получите уже после свидания со мной, не пишу, что мне нужно, передам при встрече, а вообще, все у меня есть, нужны только кое-какие мелочи.

Ну вот, пока все, крепко тебя обнимаю и целую, моя Оленька. Крепенько за меня поцелуй детей и внуков. Твой Л.

16.9.59 г.


Здравствуй, моя родненькая, дорогая и любимейшая Оленька!

С большим нетерпением ожидаю твоих и Светочкиных писем, последнее письмо от тебя получил и очень доволен, что ты себя чувствуешь лучше. То, что тебе уже надоело лежать[8], меня радует, значит, болей стало меньше и дело идет на поправку. Получив твое первое (продиктованное) и узнав, наконец, что с тобой, я как-то стал меньше беспокоиться, и прошла особая тревога.

У меня сразу появилась интуитивно какая-то уверенность, что все будет хорошо и ты вскоре поправишься. Эта уверенность живо напомнила то же состояние и веру, которая была много лет тому назад, когда мне приходилось решать о твоей операции и таким образом спасти жизнь тебе и Светочке. Я вспомнил об этом не случайно. И тогда, и сейчас у меня эта вера, что все обернется хорошо, потому что уж я-то тебя знаю лучше, чем кто-либо другой. Знаю твою силу воли, твое умение, когда это нужно, быть разумной, собранной и решительной, и ты, безусловно, справишься со своей болезнью.

Самое важное сейчас, моя родная, — это выздороветь без всяких осложнений, без всяких дополнительных неприятностей. Поэтому, моя Оленька, следуй всем предписаниям врачей, проявляй нужную настойчивость и терпение. Старайся не отвлекаться никакими думами и беспокойствами и так себя настроить, чтобы все помогало твоему выздоровлению.

Следи, Оленька, строго за своим режимом, старайся хорошо спать и есть — это очень важно, и не нарушай диеты; опять тебе повторяю, моя любимая, я в тебя очень верю и знаю, что стоит тебе по-настоящему взяться, и все будет хорошо. Нужно, Оленька моя, приложить для этого все старания и для себя, и для меня, и для всех нас, которые тебя так любят.

Я тебе сказал еще в 1957 году, что уверен, у нас с тобой еще будет в жизни много хорошего, и сейчас тебе это повторяю, эта уверенность помогла в свое время мне осилить свои болезни, и я глубоко уверен, что и тебе она поможет окрепнуть.

Я восхищен, Оленька, нашими девочками, как они быстро и хорошо организовали и мобилизовали все, для того чтобы тебе помочь. Я их даже не благодарю за это. Боюсь, они могут на меня обидеться, но тебе, моя любимая, я приношу глубочайшую благодарность за то, как ты их воспитала, за то, что они такие хорошие и настоящие люди. Я мечтаю сейчас, чтобы и Танюша, и Лёничка были такими же, и уверен, что так и будет. Танюша уже сейчас очень хороша, а Лёничка еще маленький, но я уверен, что Светочка его всему обучит.

Перейти на страницу:

Все книги серии Мемуары под грифом «секретно»

Лихолетье: последние операции советской разведки
Лихолетье: последние операции советской разведки

Автор этой книги – человек легендарный. Николай Сергеевич Леонов – генерал-лейтенант КГБ в отставке, доктор исторических наук, академик РАЕН, друг Рауля Кастро и Че Гевары, личный переводчик Фиделя Кастро во время его визита в 1963 году в СССР, многие годы руководил работой информационно-аналитического управления советской внешней разведки. Он не понаслышке знает о методах работы спецслужб СССР и США, о спецоперациях, которые проводило ЦРУ против Советского Союза. Основываясь на своем личном опыте Леонов показывает, как работала существовавшая в последние годы СССР система принятия важнейших политических решений, какие трагические ошибки были допущены при вводе советских войск в Афганистан, предоставлении помощи так называемым развивающимся странам, а также в ходе проводившихся при Горбачеве переговоров о разоружении.

Николай Сергеевич Леонов

Детективы / Военное дело / Военная история / Спецслужбы / Cпецслужбы
Спецслужбы СССР в тайной войне
Спецслужбы СССР в тайной войне

Владимир Ефимович Семичастный, партийный и государственный деятель, председатель КГБ в 1961–1967 годах, был из числа «молодых реформаторов», заявивших о себе во времена «оттепели» и смещенных с политического Олимпа в эпоху «застоя». Первый из руководителей КГБ, кто регулярно встречался с ценными агентами советской внешней разведки и единственный, кто в своих мемуарах подробно рассказал о работе разведчиков-нелегалов. А еще о том, как удалось избежать трансформации Карибского кризиса в Третью мировую войну и какую роль в этом сыграла советская внешняя разведка.Оценивая работу разведок, противостоявших друг другу в разгар «холодной войны», он не только сравнивает их профессиональную эффективность, но и задается более глубокими вопросами — о том, морален ли шпионаж вообще, и чем государству и личности приходится платить за проникновение в чужие тайны.

Владимир Ефимович Семичастный

Детективы / Биографии и Мемуары / Военное дело / Спецслужбы / Документальное
Наш Ближний Восток
Наш Ближний Восток

Летом 2015 года в результате длительных переговоров было достигнуто историческое соглашение по атомной программе Ирана. Осенью 2015 года начались наши военные действия в Сирии.Каковы причины антииранских санкций, какова их связь с распадом СССР? Какой исторический фон у всех событий на Ближнем Востоке в целом и в Сирии в частности? В своих воспоминаниях В.М. Виноградов дает исчерпывающие ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с современной ситуацией на Ближнем и Среднем Востоке.Владимир Виноградов, чрезвычайный и полномочный посол СССР в Египте во время войны Египта и Сирии с Израилем (1973) и в Иране во время Исламской революции (1979), являлся в Союзе одним из главных специалистов по Ближнему региону и, безусловно, ключевым игроком в этих важнейших событиях нашей истории.

Владимир Михайлович Виноградов

Биографии и Мемуары

Похожие книги

100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Наталья Владимировна Вукина , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт