Читаем Письма о буддийской этике полностью

Вообще говорить о начале мира и о природе первого толчка можно или не учитывая его независимости от сознания, или веря этой бесконечной божественной интуиции, которая познает (постигает) независимо от времени и непосредственно. Природу первого толчка (первопричину) мы можем рассматривать как «вещь в себе», что является выходом из сферы человеческого опыта в область трансцендентного. В таком случае мы попробуем обратиться к метафизическим учениям о происхождении мира. Буддийская метафизика по этому вопросу ничего определенного не говорит, но зато необуддийская метафизика решается сказать так: действительны те результаты, к которым приходят через умопостроения, тем более, что они не противоречат научным данным и данным, добытым индуктивным путем, поэтому я говорю словами Гартмана: «спекулятивные результаты на основании умозрения» — это все ново и вполне согласно духу времени. Чтобы построить систему философии, мы должны отыскать основу мировой жизни, или основной принцип. Естественно, этот принцип должен обладать такими свойствами, чтобы, исходя из него, можно было объяснить все мировые процессы. Но посмотрим, Добились мы этого или нет. Абсолют, или Бог, существование которого предполагают наше религиозное чувство и духовная интуиция, существовал в том пустом времени, в котором ничего не существовало и ничего не случалось. Этот период есть период до начала нашего времени. Так как ему первоначально не противостоял никакой объект, от которого он мог бы отличать себя, то он должен был быть ничем иным, как нирваной. Так как он не подвержен временному изменению, то должен остаться всегда нирваной. Этот дух находился первоначально в состоянии полного покоя, так что все его атрибуты, особенно воля, существовали в нем только потенциально, в состоянии возможности, но потом Абсолютное перешло в состояние деятельности.

Почему же Абсолютное перешло в состояние деятельности? Это — неразрешимая проблема. Ставить вопрос о том, почему Абсолют приходит в состояние деятельности — это то же самое, что спрашивать, почему вообще Абсолют существует. Такие вопросы философия в силу ограниченности человеческого разума не может разрешить. Единственное, что в данном случае философия может — попытаться выяснить атрибуты Абсолютного в свете деятельности, т. е. сделать понятным, почему действительность именно такова, какова она есть.

Пути Господни неисповедимы!

Абсолют в известный момент переходит в деятельное состояние, это проявилось в движении его во все стороны в пустом пространстве, которое мы называем небытием. Результатом этого движения явилось творение сансары — несовершенного мира. Творение сансары начинается с того, что эхо — запах (говоря человеческими понятиями) этого Абсолюта переходит из потенции в акт, т. е. двигается за уходящим Абсолютом и этим самым переходит из мира сверхбытия (небытия) в мир чувственного бытия. Оно (эхо) отделилось от Абсолюта, потому что оно лишь эхо Абсолюта и поэтому не обладает тем совершенством, каким обладает Абсолют, т. е. потому, что оно несовершенно. Но поскольку оно является эхом Абсолюта, то обладает одним из его атрибутов, а именно: сознательной (разумной) волей. Так как оно является только эхом Абсолюта, то оно несовершенно по отношению к Абсолюту. Его несовершенство проявляется как бессознательная воля к жизни так же, как у людей постоянно борются бессознательная воля к жизни с сознательной волей к сознательной цели. Здесь у индивида бессознательная воля неопределенна, а сознательная воля свободна. Пространство, в котором находился Абсолют в первоначальном состоянии, было пространство сверхбытия, или небытия, так как оно есть небытие относительно материального пространства; хотя там не было бытия, но зато оно «содержало» возможности возникновения бытия (потенция бытия), благодаря которому из этого небытия при движении Абсолюта и за ним его эха возникает становление, порождающее, в свою очередь, наличное бытие. Наличное бытие есть предматерия, нечто, подобное конкретному физическому пространству (электромагнитное поле).

Перейти на страницу:

Все книги серии Философы России XX века

Письма о буддийской этике
Письма о буддийской этике

Книга представляет письма известного буддолога и религиозного деятеля Б. Д. Дандарона (1914-1974) к Наталии Юрьевне Ковригиной (в замужестве — Климанскене).В 1956 г. Дандарон после четырнадцати лет лагерей вышел на свободу, и сильное чувство, пережитое им при встрече с Ковригиной, стало поводом для длившейся три года переписки - с октября 1956-го по июль 1959-го. Дандарон выразил в письмах свое видение буддизма и наметил необходимые, по его мысли, пути синтеза этого древнего учения с идеями современной философии и физики. Результатом этого синтеза он видел создание «необуддизма» — нового религиозно-философского видения мира на основе буддийского учения.Книга не оставит равнодушными тех, кому интересны философия, буддизм и удивительная судьба самого Бидии Дандаровича Дандарона.Письма снабжены именным указателем и списком опубликованных работ Б. Д. Дандарона.

Бидия Дандарович Дандарон

Биографии и Мемуары / Буддизм / Религия / Эзотерика / Документальное

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза