Письма о буддийской этике

Современные гедонисты считают, что счастье состоит в продлении и полноте жизни. Буддисты утверждают, что счастье состоит в уничтожении условий, создающих эгоизм и невежество, ведущих к обновленному существованию. Будда ставит перед человеком в конце трудного пути познания, добродетельной и суровой жизни, цель вечного спасения, а не какую-то мелкую цель — достижения богатства, новых завоеваний или власти. Только смятение духа и возбуждение нисваниса заставляют человеческое Я отождествлять себя с мелкими интересами. Это смятение духа и возбуждение нисваниса широко распространены в мире. «Я не вижу во всех трех мирах живого существа, которое не предпочло бы собственное Я чему угодно», — сказал Будда.

(Продолжение следует.)

Сегодня, т. е. 8 марта, получил твое ласковое письмо. Спасибо тебе, моя Дездемона. Еще раз прошу извинения за те глупости, которые были написаны в моих письмах.

Вчера я был в том ларечке, напротив Петровского пассажа, и как раз попал в то время, когда появились висячие клипсы, я купил черные за тринадцать рублей.

Ната! Подожди немного, я постараюсь на днях достать черный материал. Насчет наших снимков в музее им. Пушкина: пока еще не проявлены, никак не могу уговорить. Вл. П. — то у него нет времени, то еще что-нибудь. Так и проходит время. Сочувствую тебе, моя добрая Наташенька, тебе было тяжело расстаться со своей подругой.

Как я боюсь одной мысли (фантазии), что ты тоже с кем-нибудь можешь поехать в Польшу и не вернуться никогда. Не дай Бог. Тогда будет для меня все кончено. Пусть сразит меня гром. Почему-то мне постоянно казалось, что Ян — поляк, и если он поедет в Польшу и возьмет тебя, то от одной только этой мысли меня охватывал ужас. На эти мысли постоянно наталкивают вопросы: почему она не хочет ехать поступать в аспирантуру, почему пишет, что имеет желание путешествовать и т. д. Прости меня.

Да, ты навела на хорошую мысль: конечно, если бы имел деньги, поехал бы в Вильнюс; а может, найду. В том-то весь ужас, что я как будто упал с луны, нет у меня ничего и приходится начинать сначала. Я не сомневаюсь, что у меня будет все, что бывает у людей, но для этого надо устроиться.

Насчет созерцания: я привык созерцать с закрытыми глазами. Если ты привыкаешь к созерцанию Будды, то это хорошо. Надо научиться сосредоточить мысли на одном, постепенно отрывайся от внешнего мира и погружайся в сон самадхи. Не думай ни о чем. Только анализируй самого Будду таким, каким ты его поймала и не отпускай его из виду. Представь его не как живого человека, но и не как статую, а представь как Бога.

Пока, целую тебя, моя йогиня, моя надежда.

Твой Биди.

47.14 марта 1957 г. Москва

Дорогая, милая моя Наталка!

Фейхтвангер в своем романе «Die Brueder Lautensack» в первой части описывает эпоху, когда Гитлер еще не пришел к власти; Гитлер и Оскар питают друг к другу взаимную симпатию и Гитлер обещает, когда придет к власти, учредить академию оккультных наук и назначить президентом Оскара. Это, значит, описывается период 1928 — 1930 гг.

В это время парапсихология находилась в зачаточном состоянии. Настоящая научная парапсихология начинается с экспериментов профессора Юнга и особенно с изобретения гипностата. Поэтому деяние и публичное выступление Оскара носят такой же характер, какими были опыты шведа Сведенборга (в 1760 г.), который обладал даром не только ясновидения (в пространстве и во времени), но и даром сношений с усопшими душами. В то время Кант производил исследования по этому поводу, его побудили к этому, как говорят историки, многочисленные вопросы «любопытных и праздных людей (друзей)». Он настолько заинтересовался этим, что выписывал из Лондона сочинения духовидца (Arcana Coelestia, восемь томов), тщательно изучил их и написал исследование «О бреднях духовидца, поясненных бреднями метафизики», где он со счастливым юмором, то наполовину серьезным — наполовину шутливым тоном дает набросок метафизической пневматологии: духи суть нематериальные существа, с одной стороны, находящиеся в связи с телом, с другой стороны, принадлежащие постигаемому миру, в котором они на основании законов Духовной жизни находятся между собою в сверхфизических сношениях, и эти сношения не связаны условиями пространства и времени. Затем он дает, с натуралистически-скептической точки зрения, насмешливое изображение спиритических явлений, метафизическую возможность которых он только что объяснил. Он объясняет их продуктами больного мозга, которые проецируются им на внешний мир как на физическое явление.