Пламя над Волгой. Крестьянские восстания и выступления в Тверской губернии в конец 1917–1922 гг.

А между тем не унимались в своих попытках противостоять грабежу власти жители Рясницкой волости Старицкого уезда. В начале октября они, вместе с соседями из Павликовской волости, собрались и запустили закрытую мельницу, где и стали молоть зерно, без всяких контролеров и сборов. Причем процесс был четко продуман: выезжают жители трех деревень, пока две занимаются помолом – третья караулит. Начальник местной милиции Суханов уговорил было прекратить эту самодеятельность и поставил на мельнице караул из милиционеров, красноармейцев и контролера. Которых граждане избили, а их оружие утопили. 10 октября в волость выехал начальник уездной милиции Ленский с отрядом в двадцать человек. Они вновь закрыли мельницу и поставили караул. Но в деревне Стренево, куда милиционеры отправились вести расследование, их встретила толпа в сто пятьдесят человек. Ее предводитель, некий Леон Михайлов, потребовал от начальника милиции мандат, пенял на угрозы оружием. Милиционеры долго объясняться не стали, разогнали толпу прикладами и по команде дали залп в воздух. В ответ из толпы тоже стали стрелять. В результате перестрелки было ранено четыре крестьянина. На следующий день арестовали семнадцать человек, сведения о суде не обнаружены[391].

В Краснохолмском уезде повсеместно отказывались сдавать 4 фунта, особенно в Молоковской и Делединской волостях, вопрос решался только после приезда милицейских и красноармейских отрядов[392].

12 декабря в Сулежской волости Бежецкого уезда, прямо как в 1918 году, разоружили продотряд из двадцати двух человек, а четверых серьезно избили. Но практически сразу на месте оказался отряд уездной железнодорожной милиции, который восстановил порядок и зачинщиков арестовал[393]

.

И это последнее известное выступление в 1919 году, который для тверского крестьянства стал главным в борьбе с советской властью. Больше никогда в губернии не было серьезных восстаний, и даже выступлений случилось всего несколько. Крестьяне перешли к испытанному веками средству борьбы с властью – пассивному сопротивлению, как более безопасному, да и эффективному.

Последние вспышки

С конца 1919 и до весны 1921 года никаких выступлений, не говоря уже о восстаниях, на территории Тверской губернии не фиксировалось. Единственное упоминание о мелком конфликте 1920 года относится к январю – февралю, и известно о нем только то, что возник он на продовольственной почве и был ликвидирован без пострадавших[394]

.

И только весной 1921 года, под влиянием слухов о кронштадтских событиях, тверские крестьяне напоследок огрызнулись советской власти. Зафиксировано всего два более-менее крупных столкновения, а мелкие уже и не фиксировал никто – дело шло к НЭПу, и крестьяне убедились, что игнорировать втихую распоряжения власти куда эффективнее, чем идти под пули чекистов.

В марте 1921 года по всей губернии для «выкачки» хлеба активно привлекали милицию, поскольку была введена дополнительная повинность: помимо норм по продразверстке из голодной деревни выбивали еще по пуду зерна с человека. В середине марта в Вышнем Волочке получили сведения о том, что в Макаровской волости крестьяне разграбили ссыпной пункт. На место отправился отряд под командованием начальника уездной милиции Матвеева. Прибыв в волость, он потребовал вернуть разграбленное зерно и везти его на ссыпной пункт и на станцию Еремково для отправки в Вышний Волочек. Но исполнять эти распоряжения никто не стал, более того, 19 марта в деревне Пономарево собрались жители не только Макаровской, но и Павловской, Парьевской, Удомельско-Рядской и Столповской волостей с намерением идти на Макарово. Но времена изменились – оружия у крестьян не было, только палки да колья, а потому вооруженные милиционеры легко их разогнали и арестовали двух зачинщиков. Через пару часов зерно потекло на станцию. Позже у этого же отряда было аналогичное столкновение в Овсищенской волости, также ликвидированное без стрельбы. Как отмечает Матвеев в рапорте, после ликвидации Кронштадтского мятежа настроение в деревне опять стало мирным[395].

Крупное выступление произошло в Филипповской волости Бежецкого уезда в те же мартовские дни. Здесь крестьяне категорически отказались сдавать по пуду хлеба, но волисполком решил обойтись своими силами для проведения дополнительной разверстки. Уже 20 марта к волостному совету приходило человек сто пятьдесят, но пошумели и разошлись, поскольку совработников не было на месте.