Планета свалок. Путешествия по многомиллиардной мусорной индустрии

Гипнотическая картина, неожиданное случайное произведение искусства, одновременно оказывается вполне исчерпывающим реестром способов передавать электроэнергию и информацию, использованных американцами за последние три десятка лет. Однако висящая выше табличка «ТОЛЬКО В КАЧЕСТВЕ ПРИМЕРА» предполагает более глубокий смысл. Для OmniSource, которая, вероятно, перерабатывает в одном месте больше проводов, чем кто-либо еще в мире, эта стена – выставочный стенд с образцами того, что именно покупает OmniSource. Каждый кусок провода, каждый фрагмент кабеля обернут белой этикеткой с точным описанием содержимого. Гай тянется к случайному образцу – куску в виде восьмерки, сделанному из двух жил, одна больше другой, которые соединены черной изоляцией – и показывает мне этикетку:

8-ОБРАЗНЫЙ: 3 ⅛″

37.81 #1 CU

8.82 CU FOIL

21.26 FE

Перевод тут несложен. 8-образный – это вид провода, используемого на столбах электропередачи, и данная разновидность имеет размер 3 и ⅛ дюйма (около 8 см). Провод состоит из двух жил. Одна передает электропитание или телекоммуникационный сигнал и обозначается 37.81 CU, что на обычном языке означает 37,81 % меди[32]. Вторая жила – это несущий трос, его задача – физически поддерживать провод с током. Он обозначается 21.26 FE, что попросту означает, что в нем 21,26 % стали[33]. Еще один составной элемент, указанный на этикетке, – медная фольга (8.82 CU FOIL). Ею обычно оборачивают медный провод, чтобы изолировать от электрических и других помех. Всего получается 46,63 % меди. Для индустрии вторсырья это число – показатель возможного повторного использования. Чем он выше, тем ценнее провод.

Поодаль от справочной стенки с проводами и кабелями два молодых человека продолжают препарировать образцы кабелей. Когда они снимают изоляцию, медные жилы падают в сосуд из нержавеющей стали диаметром с чайное блюдце. Его ставят на цифровые весы и взвешивают. Похоже на вскрытие – по сути, это оно и есть: препарирование многих миллионов килограммов проводов, которые OmniSource покупает каждый год. Молодые люди и их работа наглядно демонстрируют, какие именно вещи OmniSource покупает у сотен своих клиентов, – необходимое дополнение к справочной стенке. «Дело в том, что мы по-прежнему встречаемся с новыми вещами, новыми видами кабелей и проводов, – объясняет Гай. – И новыми показателями повторного использования». Он показывает на случайный – для меня – кусок кабеля на стене. «Обычно отсюда мы доставали на уровне 60 с небольшим, – говорит он, указывая на процент меди, добываемой из провода и кабеля. – Сейчас мы работаем на уровне 50 с небольшим». Причина тенденции к уменьшению – сколь ни парадоксально – в пятикратном увеличении мировых цен на медь за последние 20 лет. Экономные производители, когда-то использовавшие много меди, теперь вместо нее берут более дешевые металлы (например, алюминий тоже неплохо проводит электричество, но стоит существенно меньше). «Если к нам приходит грузовик с разными проводами, мы сперва возьмем на проверку, наверное, образцов 20, – пожимает плечами Гай. – Вам придется это сделать, если вы хотите знать, что вы покупаете. Люди, которые продают нам медь, обычно имели дело с одним показателем содержания, а сейчас мы говорим им, что он другой». Иными словами, большинство старых торговцев металлоломом до сих пор не привыкли к миру, где Китай, один из крупнейших производителей меди на планете, диктует не только цены на нее, но и определяет содержание меди в линиях электроснабжения.

– Готовы? – спрашивает Гай.

Я киваю.

Гай протягивает мне каску, защитные очки и беруши, и мы поворачиваем за угол.

Линия для измельчения – иногда ее называют гранулятором – это многоэтажный колосс, который тянется больше чем на 100 м в помещении, залитом естественным светом и заполненном грохотом моторов и шипением и визгом металлических фрагментов, падающих на металл. Тут не просто громко; тут громко, как на концерте хеви-метал-группы, и не помогают даже беруши.

Единственное, что кажется знакомым, – двойной конвейер перед системой; также я узнаю шланги и другие конвейеры, а дальше по линии – подъемник, который захватывает горсти блестящих медных кусочков размером с горошину черного перца и поднимает их в систему, где они исчезают.