По следу крови. Тру-крайм истории от подкаста CrimeCast

В письмо было вложено ожерелье Дарлин. Выяснилось, что это отправление бросили в почтовый ящик в библиотеке.

«Внимание, инспектор Джим Вингейт, это письмо насчет смерти Дарлин Ники Приориелло, 16 лет. Я подробно опишу то, что произошло в ночь ее смерти 6 мая 1982 года в 11:20 вечера. В 11:05 я подобрал ее, голосующую на эстакаде Дикси на южной стороне Кью, она направлялась на север. Я спросил ее, куда она едет, она ответила: “Дикси и Блур”, я сказал, что еду в ту сторону. Она запрыгнула на заднее сиденье, чувствуя себя в безопасности.

Я довез ее до города и сказал, что собираюсь просто развернуться, что и сделал, а затем продолжил движение. Проехал знак “стоп”, повернул направо, доехал до первого светофора, повернул налево. Потом она сказала, что здесь нормально, что я могу выпустить ее прямо тут, но я проигнорировал ее и ехал дальше. Потом ездил вокруг завода примерно десять минут.

Я въехал в складскую группу, припарковался у кучи дров, закрыл окно и посмотрел ей в глаза.

Затем набросился на нее на заднем сиденье, она закричала, а я говорил ей заткнуться.

Я сказал ей, что мне нужен только секс, она притихла и попросила закурить.

Я сказал, что не курю, она сказала „хорошо“, тогда я провел рукой по ее рубашке и залез под лифчик. Она задохнулась и улыбнулась, я поднял ее рубашку и начал лизать грудь.

Я сказал ей спустить штаны, она спустила, я спустил свои и раздвинул ей ноги.

Я спросил, девственница ли она, она ответила, что нет, тогда я начал искать ее дырочку.

Я нашел ее и вставил себя, она еще сказала, что не хочет забеременеть. Я держал это в уме.

Затем я эякулировал прямо внутрь, она застонала и кончила, после чего мы оба натянули джинсы.

Она спросила, может ли она сесть на переднее сиденье, я сказал, что да, но держал ее, когда мы выходили. Чтобы убедиться, что она не убежит, я завел ее за другую сторону машины, где сказал, что у меня есть для нее подарок, протянул руку через окно под свое сиденье и достал маленький кирпич.

Она закричала в ужасе: „О нет, о нет, о нет!“ И я сказал, что так она точно не забеременеет.

Потом я ударил ее кирпичом по голове, в район левого глаза, но она не упала на землю. Я был уверен, что она упадет после такого сильного удара, а она просто пошатнулась. Тогда я ударил с другой стороны. Она закричала от боли, но еще упрямо стояла, пытаясь остановить кровь, просачивающуюся сквозь пальцы. Потом я увидел кирпич покрупнее, взял и сразу сбил ее на землю, с первого удара. Несмотря на это, она все еще была в сознании, и крик становился невыносимым. Поэтому я схватил лежащую рядом доску и прижал ее к шее. “Не души меня”, – умоляла она. Через минуту я ослабил давление, а она все еще задыхалась.

Она затихла и сказала, чтобы я не душил ее, а я взял кирпич и продолжил.

Так что я обнажил ее стройное тело и начал кусать и грызть – не спеша, как кусают сочную курицу KFC. Дарлин была такой же аппетитной. Потом я вспомнил, что у меня в кармане брюк есть зажигалка и английская булавка, и решил проткнуть ее везде. А еще вытащил торчащий из доски гвоздь. Я сжег все волосы, которые покрывали это сладкое дерьмо, в первую очередь. Я не мог не поджарить его немного. Через несколько мгновений игры с огнем ее губы стали похожи на жареный бекон. Когда я это сделал, дрожь сотрясла ее тело. Потом я перешел на грудь».

Письмо продолжалось и продолжалось, и, как сами видите, все эти подробности описаны как гротескный жестокий кошмар, перенесенный убийцей на бумагу, шаг за шагом проводя читателя через пытки ребенка, ведущие в конечном итоге к медленной мучительной смерти, через пытки, которые включали в себя многочисленные удары по лицу кирпичом, неоднократные удары гвоздем большого размера, торчащим из доски. В конце он пишет, что помочился ей на лицо, а потом уронил на голову 66-фунтовый строительный блок.

Пока она умоляла сохранить ей жизнь, он не отвечал на эти мольбы, занимаясь сексом с ее трепещущим умирающим телом, а когда она испустила последний вздох, совершил фелляцию с трупом.

В завершение письма маньяк заявил, что будет наносить удары каждый год в день смерти Дарлин, и добавил: «Поймай меня, если сможешь».

Примерно в то же время сотрудница завода и, по слухам, офисный стукач Карен Рэмэдж пришла к своему начальнику и пожаловалась, что видела рабочего на фабрике, который буквально на своем рабочем месте смотрел в окно и яростно мастурбировал. И это вместо того, чтобы выполнять дневную норму.

Когда удивленный начальник цеха подошел к этому рабочему месту, он обнаружил несколько газетных статей об убийстве девочки-подростка.

Рабочее место принадлежало одному сотруднику по имени Дэйв Добсон, недавно принятому на работу, которому было всего 17 лет. Его недавно выгнали из школы, буквально за пару месяцев до этих событий. У него была репутация немного странного человека, который запугивал женщин-учителей и издевался над младшими детьми, но это оказалось лишь вершиной айсберга.

Если бы полицейские копнули чуть глубже, они бы узнали много интересного о его семье, окутанной слухами об инцесте, пытках и скотоложстве.