Читаем По тонкому льду полностью

Так и со Сталиным. Да, человек он был дрянной. Да, для СССР сделал много. Но так как СССР больше нет и все сталинские благодеяния и злодеяния к нашей современной жизни прямого касательства не имеют, стоит ли тащить Сталина в русский национальный пантеон? И зачем он там нужен? Зато, скажем, Грузия вполне может им гордиться – и не потому, что он был лидером СССР, а потому, что он – грузин, возглавлявший мировую империю. Едва ли не единственный грузин, вышедший на такой уровень. И славу его затмит разве что другой великий грузин, который, предположим, станет когда-нибудь президентом США или генсеком ООН. Путаница национального и шовинистического в истории ведет к запутанности современных реакций нашего общества на окружающий мир.

Почему снос каким-то эстонским активистом памятников эстонским коммунистам в Таллине подавался в российских СМИ как очередной пример русофобии? (я не про памятник солдатам, а про снос памятника офицерам-коммунистам, выпускникам Таллинского военного училища и памятника коммунисту Хансу Пёэгельманну). Извините, а почему я, русский человек из XXI века, должен переживать за память каких-то там эстонских коммунистов? Эти люди имели свои идеи и фактически предали интересы своего эстонского народа ради служения интересам ныне рухнувшей империи. Для Советского Союза они были героями, но кто они для России?

Многочисленные филиппики, раздающиеся каждый раз, когда в Центральной Европе снимают очередные серпы с молотами, уравнивают наших имперских шовинистов с теми самыми европейскими дурнями, которые продолжают воевать с символами. Смысла в сбивании звезд не больше, чем в разбивании бюстов Нерона или Калигулы. Но и воспринимать их как святыни для России – это все равно как снова ввести повсеместно изучение Истории КПСС.

К новому национализму

По моему скромному убеждению, сегодняшняя капиталистическая Российская Федерация имеет к социалистическому СССР такое же политическое отношение, как Турецкая Республика к Восточной Римской империи. Соответственно, требования чтить знаки былого советского величия от властей Польши или Эстонии ничуть не логичнее, чем если б Турция стала требовать от Украины относиться к себе так, как Киевская Русь относилась к Византии. Идея могучая, но только вот Турция такая же Византия, как и Украина – Киевская Русь.

Надо видеть перемены и, наконец, определиться, что для нас важнее: империя или нация, прошлое или будущее, мертвое или живое. И чем быстрее мы, русские, поймем, что в наших же интересах не тратить силы и деньги на бесконечное сведение имперских счетов, а зажить сытно и хорошо в своей замечательной стране, – тем лучше будет прежде всего нам.

Да, в глубокой древности Киев был столицей древнерусского государства. Ну и что? Да, до конца XX века Украина и Россия были одним государством. Сейчас ситуация изменилась. И как бы ни было нам больно и обидно, но и Киев и Севастополь, увы, останутся за Украиной, как осталась за словаками бывшая венгерская столица Братислава.

Так почему надо упорно делать вид, что ничего не произошло? В чем смысл этих претензий? Практический смысл? Произносимые в шовинистическом угаре речи ничего не дают ни России, ни русским. Особенно русским, живущим на Украине. Скорее только дают новые козыри шовинистам украинским, которые в свою очередь видят смысл своего существования не в благоустройстве своей Украины, а в сведении каких-то счетов с Россией.

Поддержка русского языка и русской культуры – это отнюдь не поддержка каких-то там януковичей или витренко. Это открытие культурных центров, школ, университетов, библиотек. Поддержка русского бизнеса на Украине. Между тем власти России с нездоровым азартом снова и снова ставят на какую-то одну политическую силу и в итоге проигрывают и русские в ближнем зарубежье, и Россия.

Между тем пример Франкофонии показывает, как можно мягко и ко всеобщему удовольствию и пропагандировать свою культуру и свой язык, и не участвовать напрямую в политике. Может быть, наше руководство хочет создать некое подобие Содружества наций, но тогда следует признать, что проект провалился. И мы не англичане, и королевы Елизаветы у нас нет, и Украина с Эстонией это не Руанда и Намибия, что бы там ни говорили наши шовинисты.

Хочется верить, что когда-нибудь возникнет новый русский национализм, который будет строиться на любви к России нынешней и будущей, а не на бесконечном оплакивании рухнувших империй.


У нас прекрасная страна, у нас талантливые люди, еще столько всего можно и нужно сделать – так зачем мы тратим силы и время на шовинистическую истерику? Зачем мы берем на себя грехи СССР, если уже давно нет ни Союза, ни того хорошего, что в нем было (в смысле социальной защиты, например)?

Давайте будем националистами и эгоистами, не будем прощать африканским странам их долги ради призрачного «международного престижа» и будем продавать всем нефть и газ по рыночным ценам, вне зависимости от того, кто в какой стране победил на выборах.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Эссе, статьи, рецензии
Эссе, статьи, рецензии

Сергей Гандлевский – поэт, прозаик, эссеист. Окончил филологический факультет МГУ. Работал школьным учителем, экскурсоводом, рабочим сцены, ночным сторожем; в настоящее время – редактор журнала "Иностранная литература". С восемнадцати лет пишет стихи, которые до второй половины 80-х выходили за границей в эмигрантских изданиях, с конца 80-х годов публикуются в России. Лауреат многих литературных премий, в том числе "Малая Букеровская", "Северная Пальмира", Аполлона Григорьева, "Московский счет", "Поэт". Стипендиат фонда "POESIE UND FREIHEIT EV". Участник поэтических фестивалей и выступлений в Австрии, Англии, Германии, США, Нидерландах, Польше, Швеции, Украине, Литве, Японии. Стихи С. Гандлевского переводились на английский, французский, немецкий, итальянский, голландский, финский, польский, литовский и японский языки. Проза – на английский, французский, немецкий и словацкий.В книгу вошли эссе, статьи и рецензии разных лет.

Татьяна Владимировна Москвина , Сергей Маркович Гандлевский , Сергей Гандлевский

Публицистика / Критика / Документальное
Захар
Захар

Имя писателя Захара Прилепина впервые прозвучало в 2005 году, когда вышел его первый роман «Патологии» о чеченской войне.За эти десять лет он написал ещё несколько романов, каждый из которых становился символом времени и поколения, успел получить главные литературные премии, вёл авторские программы на ТВ и радио и публиковал статьи в газетах с миллионными тиражами, записал несколько пластинок собственных песен (в том числе – совместных с легендами российской рок-сцены), съездил на войну, построил дом, воспитывает четырёх детей.Книга «Захар», выпущенная к его сорокалетию, – не биография, время которой ещё не пришло, но – «литературный портрет»: книги писателя как часть его (и общей) почвы и судьбы; путешествие по литературе героя-Прилепина и сопутствующим ей стихиям – Родине, Семье и Революции.Фотографии, использованные в издании, предоставлены Захаром Прилепиным

Алексей Юрьевич Колобродов , Настя Суворова , Алексей Колобродов

Биографии и Мемуары / Публицистика / Критика / Фантастика / Фантастика: прочее