Побоище князя Игоря

В нём оказалась старуха, которая, решив, что к ней лезут тати, встретила непрошеного гостя с топором в руках.

Мерен, как ошпаренный выскочил из домишка и сердито крикнул Олеговым гридням:

   — Чего стоите как неживые? Ищите Изольду, тут она где-то!

Гридни вбежали в дом, отняли у хозяйки топор и принялись шарить по всем углам.

Мерец проверил на чердаке и в подвале. Изольды нигде не было.

Зато Мерец увидел в берестяном туеске среди прочих драгоценностей красные бусы.

   — Ага! — торжествующе воскликнул Мерец, тряся бусами перед носом оторопевшей хозяйки. — Не ошибся я. Была здесь Изольда! Была. Бог свидетель! Откель у тебя эти бусы? Отвечай подобру-поздорову.

   — Это плата мне за труды от женщины одной, — пролепетала знахарка, — бесплодная она... Вот и лечится моими снадобьями. Никакого зла я ей не делала.

   — Волосы у той женщины тёмные и вьющиеся, как плющ? — допытывался Мерец.

   — Да, — кивала хозяйка, — такие у неё волосы.

   — Нос прямой и лицо овальное, так?

   — Так, молодец.

   — Очи у неё большие и красивые, как у лани?

   — Да.

   — Брови тёмные, тонкие, вразлёт?

   — Ага, — испуганно кивала знахарка.

   — Станом стройна и величава походкой, так?

   — Так, так.

   — Белокожа и белозуба? Ну?

   — Ну, да.

   — А зовут её как?

   — Имён я не спрашиваю, младень. Мне это ни к чему.

   — А живёт она где?

   — В Курске живёт.

   — Где в Курске?

   — Про то я её не спрашивала. Мне ведь всё равно, где она живёт.

Мерец задумался, пытливо глядя на сидящую перед ним знахарку. Похоже, не лжёт.

   — А чисто ли по-русски та женщина с тобой разговаривала? — опять спросил он.

   — Говорила без изъяну, — ответила знахарка.

   — Давно ли она замужем?

   — Четвёртый год.

   — Сама сказала?

   — Да.

   — Муж у неё кто?

   — Имени не знаю, но человек знатный.

   — Молод ли он?

   — Молод.

   — Сколь раз та женщина к тебе приходила?

   — Ой не знаю, милый. Трижды, а может, больше...

   — Как же ты лечишь, коль не ведаешь, сколь раз к тебе человек приходил?

   — Так ведь ко мне много людей ходит: и мужей, и жён. Всех не упомнишь!

   — Чем еще та женщина с тобой расплачивалась?

   —  Серебряную монету дала.

   — Где монета? Покажи!

Знахарка порылась в сундуке и выложила монету па стол. Мерец схватил монету. Так и есть: серебряный фряжский солид!

   — Ну, братцы, птичка у нас в руках! — весело промолвил Мерец, подмигнув своим помощникам. — Это вам за труды.

Мерец высыпал на стол драгоценности из берестяного туеска.

Гридни не стали отказываться: оба были жадны до чужого добра, у обоих были долги. Покуда они делили серебряные колты, кольца и подвески, Мерец продолжил свой допрос.

   — Вот эта монета лишний раз доказывает, что женщина, которую ты врачуешь, есть беглая рабыня моего князя, — произнёс Мерец, глядя знахарке в глаза. — Либо помоги мне сыскать её, либо не сносить тебе головы. Выбирай.

   — Думается мне, что это дочка купца Листрата Дементьевича, — опустив голову, пробормотала знахарка. — Где живёт она с мужем своим, не знаю, но отец её живёт на Торговой улице, второй дом слева от переулка. По резным воротам тот дом узнать можно.

   — Вот это другое дело, — улыбнулся Мерец, — а монету эту я забираю, уж не обессудь.

Вскочив на коней, Мерец и оба гридня поскакали к дому купца. Отыскали его довольно быстро.

Купец изумлённо вытаращил глаза, когда представший перед ним богато одетый княжеский слуга властно потребовал указать, где живёт его замужняя дочь.

   — Живёт недалече отсюда, — ответил купец, — только с утра пришла к нам в гости и теперь пребывает здесь.

   — Вели позвать её сюда!

Купец повиновался с тревожным сердцем, заметив, как один из гридней приготовил верёвку.

Мерец расхаживал по просторной светлице, разглядывая богатую обстановку купеческого жилища, снедаемый нетерпением от предстоящей встречи с той, за которую князь обещал ему щедрую плату.

   — А ежели купчишка поможет Изольде скрыться? — высказал опасение Михей.

   — А мы его в мечи! — с угрозой бросил Данила.

   — Пустое, — махнул рукой Мерец. — Куда ей бежать? Курск окружён со всех сторон черниговскими полками. Коль в городе попытается схорониться, так нам это только на руку. Олег возьмёт его приступом и отдаст на разграбление своим ратникам. А тут есть что взять...

Мерец постукал носком сапога по окованному медью сундуку.

Оба гридня понимающе осклабились.

Услышав приближающиеся шаги, Мерец живо скомандовал:

   — Как только Изольда войдёт, сразу вяжите её!

Гридни так и сделали, грубо отпихнув в сторону купца и его жену, которая, заголосив, бросилась вон из светлицы. В доме начался переполох. Купца пришлось оглушить рукоятью меча, чтобы он не цеплялся за руки. Гридни вязали руки молодой женщине с такой бесцеремонностью, что разодрали на ней платье, повалив несчастную на пол.

   — Поставьте её на ноги, — сказал Мерец.

Данила и Михей исполнили приказание. Они удивлённо воззрились на соглядатая, лицо которого вдруг вытянулось и приняло мрачное выражение.

Мерец шагнул к пленнице и сорвал повой с её головы. Затем, к ещё большему удивлению гридней, принялся расплетать дрожащими руками тёмные косы.

Молодица с ненавистью глядела на позорящего её человека, который поворачивал ей голову и так и эдак, чуть слышно бормоча:

   — Не она!.. Нет, не она...