Побоище князя Игоря

Долгая беседа Игоря с одноглазым половцем насторожила Владимира. А когда Игорь освободил пленника и дал ему коня, Владимир и вовсе возмутился:

   — Чего это ты распоряжаешься моей добычей, как своей!

   — Этот половчин гостил у меня однажды, — сказал Игорь. — Я зла ему не желаю.

   — Нельзя его отпускать, — возразил Владимир. — Он же, собака, своих упредит! Убить его надо, и остальных тоже!

Игорь попытался убедить Владимира пощадить хотя бы Узура, но тот оттолкнул Игоря и крикнул своим воинам, чтобы те закололи пленников копьями.

Игорь, рассердившись, кликнул своих гридней и велел оберегать пленных степняков, которые не могли взять в толк, чего не поделили два русских князя.

   — Не зли меня, Владимир, — с угрозой в голосе произнёс Игорь. — Лучше уступи мне этих половцев добром.

   — Кажется, я уразумел, в чём тут дело! — гневно выкрикнул Владимир, обращаясь к обступившим его переяславцам. — Князь Игорь заодно с погаными! Он подкуплен ими!

Ярослав с трудом разнял сцепившихся в драке Игоря и Владимира. Северцы и переяславцы готовы были сойтись стенка на стенку. Черниговцы, став между ними, предотвратили побоище.

Владимир, стирая кровь с лица, вскочил на коня.

   — Ты куда? — окликнул его Ярослав.

   — Я должен упредить великого князя об измене Игоря, — прокричал в ответ Владимир и дал шпоры коню.

Переяславская дружина поскакала за своим князем.

   — Что случилось, брат? О какой измене сказал Владимир?

   — Полоумный у тебя зятёк, — сердито ответил Игорь. — Пусть убирается ко всем чертям!

Немного успокоившись, Игорь подвёл Ярослава туда, где на траве сидели пленные степняки. Он указал Ярославу на Узура:

   — Узнаешь?

   — Как не узнать, это же твой побратим.

   — Я пытался растолковать это Владимиру, но без толку. Ему, видишь ли, крови надо!

Узур поднялся на ноги и обнялся с Ярославом.

   — Боюсь, Владимир наломает дров, — сказал Ярослав, — догнать бы его.

   — Давайте плюнем на половцев и будем гоняться за своенравным юнцом! — вспылил Игорь. — Кобяк и прочие ханы подождут, покуда я помирюсь с твоим зятем, Ярослав. Ангелы небесные небось хохочут, глядя на нас!

Ярослав не стал спорить, но тайком послал вслед за Владимиром нескольких ковуев на быстроногих лошадях.

   — Постарайтесь раньше оказаться у Святослава, — повелел ковуям черниговский князь.

Отпустив пленных половцев, Игорь повёл дружины к Волчьей реке.

Глава девятая«КРОВЬ ЗА КРОВЬ!»

На Волчьей реке половцев не оказалось, но повсюду были видны следы их становищ.

   — Разошлись степняки в трёх направлениях, — сообщили следопыты, изучив всё вокруг.

   — Куда двинулась самая большая орда? — спросил Игорь.

   — К Днепру, — ответили ему.

   — Значит, и нам туда путь держать, — сказал Игорь.

Через два дня дружины вышли на днепровский берег и двинулись вдоль него против течения реки, пока не наткнулись на чёрные кострища брошенного стана. Это было место ночёвки Рюриковых и Святославовых полков.

   — Ушли наши к порогам, — доложили разведчики, — ещё позавчера ушли.

Игорь задумался.

Куда теперь ему идти? Догонять ли Святослава иль пытаться самому отыскать орду Кобяка?

Благоразумие подсказывало Игорю, что лучше предупредить Святослава о том, что Кобяк готовит русичам ловушку, но честолюбие подталкивало его к действию. Половцы разделились, и, значит, ему будет по силам разбить любую из трёх орд, главное — найти врага.

Не слушая советов Вышеслава и не внемля предостережениям Ярослава, Игорь снова углубился в степи, оставив Днепр за спиной. Он решил двигаться по местам вероятных водопоев степняков, издревле кочующих у самых границ Руси.

Беспредельная равнина поглотила Игорево войско.

После двух ночёвок русичи вышли к степному шляху, что тянется от Переяславля до засушливой Тавриды.

Ещё день двигались по шляху на юг, в надежде, что какая-нибудь орда подстерегает здесь торговые караваны. Когда стемнело, дружины расположились на отдых. Тут на русичей наткнулся отряд торков, как оказалось, посланный Святославом на поиски Игоря.

Кондувдей, военачальник торков, был сильно встревожен.

   — Недалеко отсюда стоит большая половецкая орда, — сообщил он, — много кибиток, множество коней пасётся вокруг. Судя по знамёнам, это ставка днепровских ханов. Они миновали шлях и идут к Днепру.

   — На рассвете мы нападём на поганых, — сказал Игорь. — Поможешь нам, Кондувдей?

Но Кондувдей помотал головой в островерхом шлеме с перьями:

   — Нападать нельзя, князь. В одном переходе от днепровских половцев стоит лагерем лукомский хан Тоглый с братом Бокмишем. А ещё чуть дальше сам Кобяк расположился станом версты в три в окружности. С ним ханы Акуш, Бегубарс, Тарсук и Колдечи. Растопчут нас, как щенят!

   — А может, ночью на поганых ударить! — предложил Всеволод.

   — Сума ты спрыгнул, брат! — ужаснулся Ярослав. — Как различим в темноте, где свои, где чужие?

Но степняки-то пешие будут, а мы на конях, — горячился Всеволод. — Пусть Кондувдей отгонит их табуны подальше в степь. Пеший степняк — никудышный воин!

   — За Святославом посылать надо, — сдвинув брови, сказал Ярослав. — Хотите сами добычу заглотить, а ну как подавитесь!