Татьяна, 32-летняя женщина, пришла ко мне на консультацию примерно пять лет назад. При нашем знакомстве я удивилась двум вещам: ее приятному глубокому голосу и виноватому виду. Все ее поведение в кабинете выражало какую – то общую неуместность и неприкаянность. Она не могла решить, где ей лучше сесть, с трудом попросила стакан воды, не могла решиться начать говорить. Казалось, она каждый раз наступает себе на горло и не хочет никого обременять.
Разговорить ее было очень сложно. Ощущение неловкости преследовало меня всю сессию. Казалось, что я заставляю ее. Думаю, что родным людей с развитым чувством вины это состояние знакомо. Возникает ощущение неуместности всего, что касается их. Когда мне удалось растопить лед сопротивления, Татьяна рассказала, что она очень глубоко несчастна. Ей не хочется меня обременять, но сил у нее уже больше нет. Она хочет закончить эту жизнь, но по регилиозным убеждениям не может. Девушка хотела просто узнать, нормальная ли она и почему так мучается. Вроде все вокруг живут не так, как она. Чувство вины преследует ее всю жизнь. С самого раннего детства она постоянно с ним сталкивалась. К сожалению, ее мама умела призвать дочь к порядку и заставить делать что-либо только с помощью угроз и укоров. Сначала маленькая Таня бунтовала, сопротивлялась и злилась.
Клиентка описывала этот период детства так:
– Не знаю, что мной руководило, но я была ужасным ребенком. Постоянно мучила свою маму и изводила ее. Довольно часто я слышала, что я – мерзкий ребенок, которому не место в нашей семье. И знаете, я ее понимаю. И даже согласна с ней – мое поведение было отвратительным.
– А что же такое вы делали?
– Баловалась, не слушалась, кричала, любила дергать маму просьбами и вообще путаться под ногами.
– То есть вы вели себя, как нормальный ребенок?
– Нет, все дети как дети, а я ужасно себя вела, – сказала Татьяна очень грустно.
– Я думаю, что всем мамам свойственно злиться на своих детей. Это нормально, но также они показывают и свою любовь детям. Вы помните, как ваша мама это делала?
– Да! Она разрешала мне тихонечко играть с ее украшениями. Или, если я вела себя идеально, могла обнять и сказать что-нибудь ласковое. Но я почему-то постоянно все делала не так, и она снова начинала злиться. В общем, не получалось у меня быть такой, как хотела мама. Меня это очень расстраивало. А потом я сдалась и смирилась с тем, что все время недотягиваю.
Дальше мы разговаривали про ее детство, которое вышло достаточно сложным. В младшей школе она тоже была жертвой, а в старшей и университете – изгоем. Никто не хотел с ней общаться, потому что это было очень сложно. Она все время извинялась и пыталась избежать прямого общения – настолько ей казалось, что она неуместна.
Из забитого подростка Татьяна превратилась в очень красивую молодую женщину, которая хоть и стеснялась этого, но все же привлекала внимание мужчин. И спустя несколько лет в парке с ней познакомился ее будущий муж Алексей. Первый год, по рассказу Татьяны, все было просто волшебно: «Мне даже начало казаться, что я заслуживаю такое счастье! И мы будем счастливы всегда». Он заботился о ней, боготворил и старался всячески угодить. Но спустя некоторое время он стал грубее. Все меньше считался с ее интересами и все больше предъявлял претензии. Они вместе уже 8 лет, и Татьяна искренне жалеет своего мужа, что ему досталась такая никчемная жена. Она в отчаянии и не понимает, как ему угодить. Все, что она делает, не так. Это ее изматывает. Муж хочет детей, но Татьяна очень сильно боится забеременеть – ей страшно, что она не справится с материнством и навредит ребенку. Муж, конечно, и за это ее винит. Говорит, что все женщины как женщины, а ему досталась недоделанная. «Это очень больно слышать, но он прав… Что мне делать? У меня больше нет сил…»