Русское правительство наконец увидело перед собой монстра южнорусского, малороссийского сепаратизма и попыталось принять запоздалые меры в сфере борьбы с разрушительной идеологией. За год до польского восстания, в 1862 году, Петербургский Комитет Грамотности написал ходатайство о том, чтобы в Народных школах Малороссии разрешили преподавать предметы на малороссийском наречии. Его поддержали, причем и сам министр народного просвещения. И вполне возможно, что не случись восстания, учебники на малороссийском наречии появились бы. А когда по всей Малороссии заполыхали дворянские усадьбы, оказалось, что молодые украинофилы распространяли среди крестьян агитационные воззвания на малороссийском, или, как уже тогда говорили, «украинском», языке. Спасло ситуацию то, что большинство крестьян были неграмотными. Но вот те, что получили образование в школах при польских усадьбах или в воскресных школах, где преподавали украинофилы, вполне поддавались агитации. Украинские националисты были напрямую связаны с лидерами польских повстанцев, это было потом доказано в ходе расследования.
И 18 июля 1863 года появился знаменитый Циркуляр министра внутренних дел П. А. Валуева, адресованный Киевскому, Московскому и Петербургскому цензурным комитетам. Этот документ достоин того, чтобы привести его полностью.