Поэтический язык Марины Цветаевой

Ад? – Да,Но и сад – дляБаб и солдат,Старых собак,Малых ребят(II: 188);

Бьет ресницами – наЛокоточек привстал.Промеж бровками трет:«Уж и долго я спал!..»(П.: 37).

В таких случаях происходит как бы перераспределение семантической нагрузки между членами сочетания, состоящего из служебного и самостоятельного слова. Предлог перетягивает на себя, а иногда даже и вбирает в себя значение всего сочетания. Условием этого является препозиция предлога, тогда смещение заметно.

Актуализация разъединения предлога с существительным наблюдается при соллецизме – нарушении грамматической формы, определяемой управлением. Цитируемые ниже строки представляют собой пример такого соллецизма, который можно интерпретировать и как эллиптическую конструкцию с незамещенной позицией:

От высокоторжественных немотДо полного попрания души:Всю лестницу божественную – от:Дыхание мое – до: не дыши!(II: 120).

Отделение предлога от на переносе, а также предлога до в следующей строке настойчиво утверждается еще и такими сильными средствами, как ненормативные знаки препинания: каждый из предлогов помещен между тире и двоеточием, мотивирующими (усиливающими) грамматический соллецизм, а следовательно, и трансформацию (адъективацию –?) предлогов.

Контекстуальное совмещение пространственного значения предлога до со значением его омонима – названия ноты – находим в поэме «Лестница»:

Гамма приступовОт подвала – доКрыши – грохают!‹…›Гамма запаховОт подвала – доКрыши – стряпают!Ре-ми-фа-соль-си –Гамма запахов!Затыкай носы!(П.: 279–280).

Емкая развернутая метафора построена на том, что физическое пространство, организуемое в помещении лестницей, интерпретируется как инструмент, издающий не только звуки, но и запахи, а сама лестница представлена как клавиатура или нотная запись гаммы. В цитированных строках функционально значима омонимия названий нот и продуктов (фасоль, соль). Ряд ре-ми-фа-соль-си начат предлогом до, но прерван строфическим переносом и промежуточной строкой – в результате перенос оказался двойным: завершающий первую строку предлог стал элементом сразу двух сочетаний: до крыши и до-ре-ми-фа-соль-си.

Омонимия производных предлогов и производящих частей речи определяется их разной синтаксической сочетаемостью при общей семантике. Марина Цветаева показывает мотивированность производного предлога, как бы прослеживая в пределах стихотворного контекста историю и условия возникновения такого предлога. При этом позиция переноса и выявляет промежуточный этап изменения:

Есть пробелы в памяти, бельмаНа глазах: семь покрывал…Я не помню тебя – отдельно.Вместо черт – белый провал.‹…›Ты – как круг, полный и цельный.Цельный вихрь, полный столбняк.Я не помню тебя отдельноОт любви. Равенства знак(П.: 187).

В другом контексте – стихотворении «С этой горы, как с крыши…» можно видеть обратное движение – от предлога к наречию:

С этой горы, как с крышиМира, где в небо спуск.Друг, я люблю тебя свышеМер – и чувств.‹…›Нет, из прохладной нишиДева, воздевши длань…Друг, я люблю тебя свыше.Слышь – и – встань(II: 223).