Поэзия Марины Цветаевой. Лингвистический аспект

При обозначении красного как символа бунта и революции наблюдается семантическая производность от красного как цвета страсти, что активно проявляется в общих для этих значений символах огня и пожара, а также крови. Поэтому при анализе синтагматических свойств членов синонимического ряда с общим значением красного цвета рассмотрим не все сферы употребления таких слов, а только, как нам представляется, семантически первичные, во всяком случае в системе поэтического языка М. Цветаевой (а-д).

Красный цвет одежды, материи, предметов и т. п.

Номинативное значение слова красный и его синонимов является в поэтических произведениях М. Цветаевой семантической основой большинства переносных и символических значений благодаря широко развитым в языке коннотациям, связанным с номинацией красного. Так, при обозначении красного цвета одежды, ткани, предметов домашнего обихода в стихах и поэмах Цветаевой отчетливо проявляется знаковый характер красного цвета и его оттенков:

1) Белый стан с шнуровочной,Да красный кушак. —Что за круг меж бровочек,Кумашный пятак? (И., 385);

2) Красный бант в волосах!Красный бант в волосах!А мой друг дорогой —Часовой на часах (С., 121);

3) И плащ его красен,И конь его бел (С., 167);

4) — Всё восхваляли!Розового платьяНикто не подарил! (И., 152);

5) Полыхни малиновою юбкой (И., 186);

6) Молодость! Мой лоскуток кумашный! (И., 186);

7) Колотёры-молотёры,Полотёры-полодёры.Кумашный стан,Бахромчатый штан (И., 265);

8) Кафтан — нет белее.Кушак — нет алее… (И., 390);

9) В небе-то — ясно,Темно — на дне.Красный одинБашмачок на корме (И., 115);

10) Я не танцую, — без моей виныПошло волнами розовое платье (И., 162);

11) За плащом — рдяным и рваным (И., 173);

12) За пыльным пурпуром твоим брести в суровомПлаще ученика (И., 169);

13) Огненный плащ его,Посвист копья его,КровокипящегоСлавьте — коня его! (С., 169);

14) ДевчонкаМоя кровать была бы голубая,Нет, — алая! А в головах — Амур (И., 620);

15) Словно лес какой червонный —Все склоняются знамена… (И., 357).

В цитированных контекстах знаковый характер имеет фольклорное сближение красного и белого как выразителей положительных эмоций (1, 8), «красный бант» героини (2) — знак ее страсти, «красный башмачок» княжны, погубленной Разиным (9), — след и знак ее жизни, «розовое платье» героини — знак ее мечты в одном контексте (4) и знак юности в другом (10), «малиновая юбка» (5) и «лоскуток кумашный» (6) — знаки молодости на излете, «алая кровать» (14) — знак мечты о красивой и богатой жизни девчонки из пьесы о Казанове, «пыльный пурпур» (12) и «рдяный плащ» (11) в цикле стихов «Ученик» символизируют духовную власть ведущего над ведомым, учителя над учеником, любимого над любящей; «кумашный стан» полотёров, отождествленный с пожаром (7), — символ бунта, революции; слово червонный непосредственно относится к знамени (15).

Цвет, связанный с горением

Значение 'цвет, связанный с горением — цвет огня или поверхностей, освещенных огнем, вещества, охваченного огнем или раскаленного, цвет ожога, а также цвет молнии' реализуется у Цветаевой употреблением слов красный, малиновый, пурпуровый, пурпурный, алый, червонный, золотой, а также многочисленными метафорами и перифразами типа зажглась, горит, пожар, костер, факел, петух, коралл. Слова собственно цветовой номинации представлены в таких контекстах:

1) Не красный пожар лесной (И., 337);

2) На красных факелов жгуты (И., 437);

3) С красной молнией и громом (И., 432);

4) Железом ты в меня впился,Как огневая полосаПод красными щипцами —След твоих рук — на память! (И., 382);