Пока море не высохнет (СИ)

-В этом Вам нет равных, и тут даже спорить нет смысла, но все же, в чем Ваш интерес помогать мне?-посмотрев на пожелтевший от осеней тоски сад я тяжко вздохнула.-Вы первая, кто подставит мне подножку.

-И первая кто подаст Вам руку в случае, если подножку подставила не я.-ее небольшие губы исказила нежная улыбка.-так что терзает Вашу душу, моя милая?

Что терзает душу…что ее может терзать? Слезы наворачиваются от бессилия. Мне страшно даже думать о том, как я могу оказаться порочна. Осуждая когда-то Марго, я сейчас оказываюсь лицом к лицу со страхами той, кто старалась сохранить страну, кто старался сохранить любовь, но подался искушению и той игре правила которой написаны не для женщин. Я вздохнула. Бельгард появился неожиданно, и так же неожиданно исчез. Быть может, это просто видения? Быть может, я просто схожу с ума? Виктория не торопила меня. Ее устремленный вдаль взгляд всегда завораживал меня, как и ее привычка говорить умные вещи. Это ведь такая редкость для женщин нашей эпохи. На секунду мне стало стыдно. Я вспомнила, как дала обещание поэтессе, что изгнание станет ее самой главной наградой.

-Моя печаль – моя награда. Вы знаете, что любить страшно? Я познаю себя, как порочную девицу, как самую гнусную изменщицу. Вы знаете, как страшно предавать? Я обещала святой Деве забыть Роже, и что сейчас?-я почувствовала пронизывающий холод камня.-а сейчас, я сгораю от страсти при одном виде того, кто смел предать нашу любовь и уступить меня, словно мясо королю. Знаете, а я ведь чувствую себя куском мяса, который поделили между собой собаки, а вернее все досталось вожаку. Виктория, мне так неловко, что мои слушателем помимо камней оказались Вы. Какой Вам толк в моих слезах?

-Быть может,-ее нежные ладони обвили мои пальцы в пальцы и голос снизился до шепота.-я хочу помочь Вашей заблудшей душе.

-Вы слышали о новой фаворитке Генриха?-не скрывая слез спросила я.-Вы знаете, что он предает меня и наших детей?

-А, так Вы уже наслышаны про Генриетту? Удивительно, как быстро облетают Версаль слухи.-девушка развела руки в стороны.-пока что она не фаворитка. Дело в том, что ее мамаша госпожа Антраг хочет пропихнуть одну из трех дочерей в объятья короля, и Вы не хуже меня знаете, что участь пушечного мяса достается младшим дочерям. Хотя, должна признать, что плутовка не так проста; как ее преподносит мать.

-Я так аккуратно спрошу, а есть кто-нибудь во Франции кого Вы не знаете?-я скрестила руки под грудью и повела удивленно бровью.-мне кажется, если вывести Вас на площадь и указать на первопопавшегося человека, то Вы не просто скажите его имя, но и всю подноготную.

-Ну, моей памятью можно гордиться, ибо Вы правы, что я знаю многих и о многом. Подноготную я не знаю, ибо не маг и не колдун. Люди, Габри, сами того не понимая, рассказывают о себе в самом ярком свете, если правильно найти для них слова. Вот взять хотя бы потенциально новую фаворитку короля…

-Генриетту?-опешила я.-Вы о ней?

-Угу. Думаете, что я ее видела? Нет. Я знаю о ней ровно столько же, сколько и Вы, но я знаю ее мать. Это ослабляет занавесы неизвестно для меня, но делает волнение для Вас.-улыбнувшись, Виктория обвила своей нежной рукой мою талию.-так, что же тревожит юное сердце прелестной Габриэли?

-Помните Бельгарда Роже?-вздох.-мне сердце обжигает один только его взгляд, и я вспыхиваю пламенем желания, когда он прикасается моего тела, но только…

-Только, как можете Вы предать королевскую любовь?-Виктория облизнулась.-может быть, стоит хотя бы раз пойти по зову сердца и дать себе шанс почувствовать настоящую любовь, а не игрушки короля?-поэтесса нежно погладила меня по щеке.-милая Габри, позвольте сердцу любить…

Я больше ничего не слышала… «позволить сердцу любить» оказалась так сложно, но найти силы простить еще сложнее. Он пылок, остроумен и красив, а в постели «исследователь лабиринтов». Кого все это время я обманывала если все еще грела мечту стать женой Бельгарда? Для кого спектакль лживых ролей? Для кого пьеса с выдуманными героями? Я дождалась ночи, когда смогу испить винный напиток сполна обливаясь липким виноградом до пят. Словно второе крещение, словно дознание без виновного. Он ждал меня в королевских покоях на темно-синем атласном одеяле совершенно обнаженный. И это тело сводило с ума, опьяняло сильнее любого вина. Я сделала шаг вперед, и подалась игре чувств, которую затеяло тело. От нежных поцелуев шеи, до самых сладких поцелуев губ нас разделяли секунды. Избавь меня от меланхолии, милый…