Пока мы не встретимся вновь

— Нет, я не могу… не могу, я должна еще хоть раз увидеть ее…Я ведь больше никогда…понимаешь…никогда её не увижу. Она останется там, под холодной землей. Я не могу…не могу…

— Посмотри на меня! — силой берет моё лицо в ладони и резко прижимается к моим губам своими.

Казалось бы, через вечность отстраняется, но это помогло. Истерика прошла, и я осознала, что натворила. Огляделась и увидела разбросанные куски мокрой земли, раскиданные венки и мятые цветы.

— Боже… — выдохнула я. — Я сейчас…я все исправлю.

Тимур поднимает меня с земли и усаживает на соседнюю лавочку. Снова закутывает в свою куртку, а сам, промокнув уже до нитки, начинает приводить в порядок могилу.

Возвращаемся к машине, но я смотрю на себя и понимаю, что не могу сесть в неё. Я же вся в грязи.

Тимур видит моё растерянное лицо и запихивает меня внутрь.

— Назови адрес, — просит он.

— Какой?

— Свой, домашний. Тебе нужно в горячий душ.

Называю улицу и он, молча, заводит машину.

— А разве не ты вез меня на похороны?

— Нет, ты ехала в автобусе с мамой. Я приехал уже на кладбище. К тому же, ты еще не была дома.

Я уставилась на него, а потом, в одну секунду замерла и похолодела. Господи, я ведь эти дни жила в отеле, но даже не заметила этого. С таким же успехом меня можно было на органы продать — я б не поняла. Я даже упустила тот факт, что вещи первой необходимости Тимур мне привез новые, с бирками. И платье для похорон… Первое осознанное мое состояние было уже там…

Точно. На фоне мрачных надгробий и могил, первое, что я увидела, был шикарный букет белых роз в его руках.

Моей маме таких никогда не дарили…а он подарил…абсолютно чужой человек… Поворачиваю к нему лицо, и смотрю внимательно.

Поникший, серьезный и грустный.

— Почему ты здесь?

— Эм…это моя машина, — мягко улыбается парень.

— Нет, почему ты помогаешь мне? Ты же меня совсем не знаешь.

— Тебе нужна помощь и я помогаю. Все просто. — Слегка пожимает плечами.

Останавливаемся на светофоре, а я, не думая, что творю, наклоняюсь к нему и обнимаю. На секунду он замирает, а потом обнимает меня в ответ левой рукой.

— Спасибо… — шепчу я.

— За что?

— За то, что разделил со мной мое горе.

Он целует меня в висок и таким же шепотом произносит:

— Все, что угодно, малышка.

Загорается зеленый, и мы снова едем.

— Можешь дать телефон? Нужно набрать тёть Машу, соседку. Пусть извинится перед людьми, но я хочу домой.

Заканчиваю разговор, а Тимур уже паркуеться возле подъезда.

— Ну….спасибо тебе. Я даже не знаю, как тебя за все отблагодарить.

— Пойти с тобой? — спрашивает он.

— Нет, что ты. Тебе наверняка нужно ехать. А тут я со своими проблемами. — Тарахчу, а он берет мою руку и спрашивает снова.

— Насть, пойти с тобой?

— …Если можешь… — опускаю голову.

Поднимаемся на этаж, и я столбенею. Как я туда войду? Там же все напоминает о ней. Вещи, обувь на полке, да там воздух пахнет ее духами.

Тимур забирает ключи и открывает дверь, пропуская меня вперед.

Прохожу, скидываю обувь и плетусь в комнату за чистой одеждой. Иду в душ. Скидываю вещи прямо на пол и становлюсь под горячие струи воды.

Минут через 20 выхожу и слышу шум на кухне. Руки начинают трястись. А что если…?

Забегаю в кухню и вижу Тимура. Я и забыла, что он здесь.

— Садись, я сделал тебе чай и пожарил омлет. Тебе нужно поесть.

Опускаюсь на стул и беру чашку. Аппетита нет, но Тимура это не волнует. Минут через 15 еле-еле доедаю.

— Насть, мне нужно уехать.

— Да, да, конечно. Ты и так возишься со мной.

— Прекрати, мне не сложно, но я не об этом. Мне нужно будет уехать на пару недель. — Смотрю на него и не понимаю, зачем он мне это говорит.

— Ясно…

— Насть, пообещай мне кое-что, — просит Тимур.

— Да, конечно, а что?

— Пообещай, что не наделаешь глупостей, — сверлит взглядом.

— Да я не…Боже…Тимур, конечно нет. Я ничего с собой не сделаю. Ты что?

— Хорошо. — С шумом выдыхает.

— Спасибо тебе, за все спасибо, но… подожди минутку. — Бегу в комнату и достаю конверт. Возвращаюсь обратно и кладу перед Тимуром. Он смотрит на меня снизу вверх и не двигается.

— Это что?

— Деньги. Здесь наверно не хватит, но я все отдам, ты только скажи, сколько еще нужно.

— ЭТО ЧТО? — повторяет он, как-то недобро глядя на меня.

— Деньги! Ты ведь за все платил сам. Возьми, пожалуйста, и скажи, сколько не хватает.

Тимур отодвигает конверт, становиться напротив меня, берет за плечи и говорит:

— Что бы это было в первый и в последний раз.

— Но как же…

— Настя! Разговор окончен! Мне пора.

Иду за ним в коридор и ни с того ни с сего спрашиваю:

— А что ты делал возле кафе тогда? Ты шел к нам?

— Я шел к тебе, но об этом потом. Вернусь — расскажу.

Целует меня в щеку и, прощаясь, выходит. Минут 5 соображаю, а затем иду в мамину комнату. Вхожу внутрь и застываю. Здесь будто остановилось время.

Глава 5

Недопитый чай на прикроватной тумбочке, кофта на стуле, расправленная кровать, и запах…

Такой родной, такой любимый запах …

Прохожу к полке и нежно провожу кончиками пальцев по фото мамы.

— Привет… — шепчу я, а слёзы мешают всмотреться в любимое лицо.

Мама…улыбается, а рядом я, совсем подросток ещё.