Пока мы не встретимся вновь

— Сынок… — мать Кирилла подошла к нему, мягко дотронувшись до плеча. — Мне кажется мы здесь лишние.

— Вы — может быть, а я там, где должен быть… — он всё понял… не мог не понять, ведь Вовка так на него похож. А вот до родителей дошло чуть позже.

Я подошла к ним и аккуратно переложила сына обратно в кроватку.

— Не могли мы отложить этот разговор, я очень устала? — через минуту в номере не было никого, кроме меня и сына. Саши моя фраза, конечно же, не касалась, но и он предпочел выйти.

Я смотрела на сына и понимала, что не могу так с ним поступить. Не могу лишить его отца. Уверенна, что Саша справился бы с этой ролью на все 1000 %, но это не то… Тимур прав, я не должна лишать его возможности быть счастливым.

А Кирилл…Может я ему и не нужна, но вдруг он нужен мне? Вдруг он нужен мне для того, что бы дышать… жить…?

Под тихое сопение сына я закрыла глаза и погрузилась в сон.

— Стой! — Саша позвал Кирилла уже у самого выхода из отеля.

Кирилл резко развернулся, подошел к Саше и глядя ему прямо в глаза сказал:

— Просто что бы ты знал — я уже убил за нее однажды…

— В этом нет необходимости, из нас троих только она ещё не понимает, чем все это закончится.

— За нее я небо и землю местами поменяю. Я хочу быть честным, так как уважаю тебя и благодарен за все, что ты сделал для Насти и для сына, поэтому скажу прямо. Я отберу ее!

— А с чего ты взял, что сын твой? — Сашка усмехнулся.

— Он мой! Так же как и женщина, которая его родила.

— Тогда я тоже буду честен с тобой. Если она примет решение уйти — я не стану держать, но если нет… Скажем так, Бессаев, у меня хватит возможностей и денег навсегда оградить ее от твоей семьи.

Развернулся и пошел обратно в номер. Эта ночь станет решающей.

Настя

Меня разбудило нежное прикосновение к плечу. Сашка вернулся.

— Пойдем, нужно поговорить. — Я лишь тяжело вздохнула, понимая о чем будет разговор.

Мы вышли в зал. Саша долго молча смотрел в окно. Я терпеливо ждала пока он борется со своими противоречиями внутри, но не выдержала и подошла, обняв его со спины.

Он выдохнул, накрыл мои руки своими.

— Он тебя не заслуживает даже на половину…

Я замерла… Что это? Он меня бросает? Отдает так просто?

Саша развернулся в кольце моих рук, обнял меня за плечи, поцеловал в лоб и прижался с такой силой… Я сразу поняла… Это прощание.

— Насть, я хочу, что бы решила ты. И какое бы ни было это решение я его приму.

Я давно уже его приняла, только себе боялась признаться.

— Сашка… — я разрыдалась. — Прости меня, родной мой, прости. — Муж прижал меня еще крепче, заглушая своей грудью мои рыдания.

— Тшш… тише, маленькая, Вовку разбудишь. Насть, посмотри на меня. — Я замотала головой, сжала его одежду в кулачки и боялась поднять глаза. — Настя, посмотри на меня!

Саша слегка надавил на мой подбородок и поднял мое лицо. Я закрыла глаза.

— Я не могу…. Саш, не могу посмотреть тебе в глаза… не могу, прости. — Прошептала ему.

— Настюш, тебе нечего стыдиться. Мы ведь не может контролировать этот сумасшедший орган. Открой глаза. — Я почувствовала, что он смотрит на меня, как на нашкодившего ребенка, с улыбкой. Распахнула глаза и наткнулась на взгляд полный нежности и грусти.

Слезы покатились по щекам с новой силой.

— Это не справедливо. Ты мне так дорог. Ты столько всего дня меня сделал. Принял меня, принял сына и ни единого раза не упрекнул меня ни в чем, а я… Какая же я тварь! — Я начинала злиться на себя, на жизнь, на свое сердце, которое вместо того, что бы полюбить этого замечательного мужчину, погибало столько лет по другому.

— Не нужно. Ты не тварь! Я изначально был лишним в этой истории, но, видимо, так суждено было. Я помог тебе, а ты мне.

— Я? В чем, Саш? Помогла потратить год жизни на неблагодарную сволочь? — Сашка улыбнулся, а я очередной раз чуть не завыла от того, что не вижу в его глазах злости, осуждения, презрения, а только нежность и снисхождение.

— Ты напомнила мне о важных вещах, Насть. О том, что есть что-то важнее работы и денег. Позволила увидеть, что возвращаться можно не только в холодную и пустую квартиру. Дала почувствовать себя важным и нужным…

— Но не любимым… — еле прошептала, а слезинка прокатилась вниз до подбородка.

Саша стер её большим пальцем, а я перехватила его руку и поцеловала, крепко прижав к своей груди.

— Любимым тоже…только по-своему. И пусть это не та любовь, которую каждый ждет и надеяться встретить, но она тоже имела право на жизнь.

Он прав! Я любила и люблю его, только иначе. Это то чувство, которое переросло из благодарности и восхищения. Но его не достаточно, его всегда будет недостаточно, что бы продолжать строить будущее.

— Саш… — выдохнула я шумно и стала покрывать его лицо поцелуями, а в последний… предназначенный губам, я постаралась вложить слово «спасибо» так, что бы он понял, что я готова ноги ему целовать за всё, что он сделал.

Этот поцелуй был без тени страсти, просто крепкое прижатие. Прощальное прикосновение к человеку, который последние секунды является мои мужем в моей душе.