Походы Стефана Батория на Русь. 1580-1582 гг. Осада Пскова

В Заволочье 29 июля состоялся военный совет для окончательного определения цели похода. Большинство высказалось в пользу Пскова. Однако Баторий, зная о скудости своих сил и, с другой стороны, о тщательной подготовке Пскова к обороне (Ивану Грозному на этот раз не составило бы труда угадать цель следующего удара противника), хотел бы видеть другое направление, а именно на Новгород Великий. Этот город, хотя и один из крупнейших в Русском государстве, оказался не готов к обороне, а население, как докладывали королю, жаждало поднять вооруженное восстание против царя. Неожиданное появление там войск Речи Посполитой могло вызвать панику и побудить царя скорее покинуть Ливонию. Не исключено, что поход на Новгород действительно вызвал обоснованные надежды, ведь новгородцы наверняка еще хорошо помнили резню, учиненную над ними в 1570 году по приказу Ивана Грозного. Однако, поскольку риск такого похода был слишком велик из-за сильной угрозы с тыла и из Пскова, Баторий не стал настаивать. Из других предложений, отмеченных в источниках, был проект (Мартина Вейхера) нанести удар в самой Ливонии, а именно по Дерпту[289].

Также было принято новое решение относительно дальнейшей деятельности отряда Кшиштофа Радзивилла. А именно, получив подкрепление в виде литовских татар (они выступили в начале августа) и литовской конницы Филона Кмиты (2000 всадников), он должен был идти из Витебска через Сураж и Велиж на Белый и оттуда на Ржев, чтобы сковать русские рати и не допускать каких-либо их шагов против армии Батория.

В конечном итоге состав и численность этого отряда были примерно такими: 900 польских всадников (в основном гусар), примерно 500 литовских всадников Кшиштофа Радзивилла, хоругвь Николая Радзивилла, воеводы Виленского (200 всадников) около 1300 литовских ополченцев, 600 литовских татар под командованием Михаила Харабурды (легкая конница), 2000 литовских всадников под командованием Филона Кмиты (в том числе 1300 всадников из гарнизона Великих Лук, по состоянию на осень 1580 г.; вероятно, из кавалерии Кшиштофа Радзивилла позже было выделено 700 человек) и, возможно, немного литовской пехоты, посаженной на лошадей, всего около 5600 человек. Отряд двигался без обоза, перевозка продовольствия и снаряжения производилась непосредственно на лошадях[290].

Окончательным пунктом сбора войск Баторий назначил Воронич. Здесь должен был пройти смотр и роспись войск, а также частичная выплата жалованья. Поход, проходящий под сильным ливнем, продолжался с 3 по 6 августа. Артиллерию транспортировали по суше с огромным трудом, скорость движения составляла 5—10 км в день. Вероятно, войска двигались не мимо Опочки, а через Ржеву Пустую. Так, Пиотровский сообщает, что видел только холмистые пустоши, а о реке Великой упоминает в дневнике только 17 августа. Участник похода ротмистр Гостомский упоминает, что марш до Воронича шел неорганизованно, что невозможно было бы позволить, если он проходил мимо стен Опочки, где находился русский гарнизон, в то время как в декабре 1581 года при отходе от Пскова дороги до Вильно старательно охранялись в районах крепостей, занятых русскими[291].

Воронич был захвачен в январе 1581 года в результате дерзкого набега коменданта Заволочья Ежи Зибжика. В захваченной крепости был оставлен небольшой гарнизон. К удивлению поляков, крепость, расположенная так далеко во владениях Ивана Грозного, оставалась в их руках до прихода армии Речи Посполитой[292].

Остановка в Ворониче продолжалась до 16 августа, проводилась окончательная организационная подготовка. Первоочередной задачей было замещение должности великого гетмана. Это касалось коронного войска, так как должность Великого гетмана литовского король оставил за Николаем Радзивиллом «Рыжим», а полевого гетмана – за Кшиштофом Радзивиллом. 11 августа король передал должность великого гетмана короны Яну Замойскому. Великий канцлер короны давно добивался этой должности и даже упросил Батория выдать ему секретную привилегию на пожизненное занятие должности гетмана, что до поры до времени оставалась тайной. Сочетание двух столь высоких должностей в руках влиятельного Замойского вызвало удивление, а в некоторых кругах и нескрываемое недовольство. Негодование было бы, вероятно, еще большим, если бы стало известно, что назначение будет пожизненным, а круг полномочий гетмана будет как никогда широк. Вероятно, именно поэтому, чтобы избежать протестов и дискуссий, о назначении было объявлено только сейчас, да еще на захваченной территории, в ходе военной кампании. Многие считали, что великим гетманом Короны должен был стать Ян Зборовский с его военным опытом, знаниями и умениями, но именно его не было в окружении Батория[293].