Походы Стефана Батория на Русь. 1580-1582 гг. Осада Пскова

Помимо воевод, в этой разрядной записи перечислены также имена голов, то есть командиров меньшего ранга. Л.И. Аксаков, князь В.И. Мещерский возглавляли отряды детей боярских. А.В. Замыцкий, К.Д. Милюков, К.Д. Поливанов, Г.С. Овцын, вероятно, были головами стрелецких приказов. Среди них наибольшим опытом отличался Поливанов, бывший когда-то крупным воеводой в опричнине и доверенным лицом государя.

Городскую артиллерию возглавил весьма опытный дьяк Пушечного приказа Терентий (Терех) Лихачев, ранее неоднократно участвовавший в военных предприятиях[363].

Подводя итог, можно сказать, что собранные царем во Пскове представители русского воинского командования могли считаться людьми с солидным багажом тактического опыта.

Захват крепости Остров

Крепость Остров была последним препятствием на пути к Пскову, которое нельзя было обойти. Построенная из известняка, крепость имела четыре башни и располагалась на острове, образованном рекой Великой. Длина крепости достигала более 200, ширина – около 95, общая протяженность стен достигала 550 метров. Стены были толщиной 4 и высотой 10 метров, на северо-восточном участке высота стен доходила до 15 метров. Башни имели толщину стен 5 метров и высоту 13 метров[364].

Польские разведчики оценили крепостные стены как не очень прочные, но подозревали, что защитники построили за ними еще одну стену из деревянных клетей, засыпанных землей и камнями. Ворота находились в северной части крепости, где доступ к стенам казался наиболее простым. Однако выступающая башня позволяла защитникам простреливать подступы к северной и восточной стене крепости. Гарнизон в 1500 человек (из них 200 стрельцов и 100 детей боярских) был хорошо вооружен и обеспечен провиантом, поэтому отверг призывы к капитуляции – «осажденные также полагали, что король в состоянии брать одни деревянные замки посредством огня, а так как этот был каменный, то они считали себя в безопасности»[365]. Оставить Остров в тылу Баторий не мог себе позволить, так как это поставило бы под угрозу пути сообщения своей армии.

14 августа к Острову подошли конница Станислава Тарновского, а также польская пехота под командованием Николая Уровецкого и венгерская пехота под командованием Стефана Кароли. Тарновский расположил свой отряд к северу от города, на дороге на Псков, чтобы перекрыть все коммуникации и предотвратить оказание помощи гарнизону. В это время пехотинцы Уровецкого начали рыть апроши, продвигаясь к крепостным стенам. 17 августа Замойский осматривал ход осадных работ, сначала один, а затем вместе с королем. На следующий день к замку прибыл отряд гетмана. Главные силы были вынуждены остановиться в ожидании окончания осады.

По словам Гейденштейна: «Когда король рассуждал с Замойским относительно осады, он заметил, что западная сторона крепости немного изогнута полукругом так, что никакие выстрелы из пушек нельзя направить по прямой линии по этому боку и потому не должно бояться солдатам почти никакой опасности от пушек с этой стороны. Вследствие этого он решил стрелять из пушек в два другие большие больверка, обращенные к югу, так как очевидно было, что если те были бы оставлены защитниками, то в виду того, что западная сторона, как уже раньше замечено, не представляет опасности, войско безопасно могло бы идти на приступ. Венграм был назначен больверк восточного угла, Полякам западный; и когда в два дня были сделаны окопы и поставлены между ними пушки, то и там и здесь стали бить в стены»[366].

Исходя из реального плана крепости и ее расположения относительно сторон света, очевидно, что Гейденштейн называет западной стороной южную, а два больших больверка обращены не на юг, а на восток. Согласно извлечению из писцовой книги псковского пригорода Острова, составленному Иваном Дровниным с товарищами, были разбиты наугольные башни, находящиеся на расстоянии 19 саженей (40 м) друг от друга[367]. Несомненно, речь идет о верхней наугольной башне с посадской стороны и верхней наугольной башне с немецкой (западной) стороны.

Поэтому строительство апрошей было продолжено в направлении вышеупомянутых двух башен. К наугольной башне с немецкой стороны (западной у Гейденштейна) направилась польская пехота под командованием Уровецкого, а к наугольной башне с немецкой стороны (восточной) – венгры Кароли. Пушки были перетащены под крепость через брод на реке Великой беспрепятственно, так как ядра крепостной артиллерии не могли долететь так далеко. В любом случае все внимание защитников было сосредоточено на апрошах и окопах, которые уже были подтянуты вплотную к крепостным стенам. Гарнизон вел настолько сильный огонь, что только за одну ночь с 18 на 19 августа погибло 40 пехотинцев из королевской армии. Несмотря на это, укрепления были закончены за две ночи, на них поставили туры для защиты артиллерии, установили тяжелые пушки. 19 августа рано утром начался обстрел крепости[368].