Читаем Похоже, придется идти пешком. Дальнейшие мемуары полностью

Точно так же, как принципы классицизма могут быть спроецированы на кинематограф чистого пластического движения, так и британские моральные ориентиры могут стать основой для новой эры. После 2010 года история кино пошла наоборот: открытием 60-х были все те мелкие, повседневные жесты, которыми актеры убеждали нас в реалистичности жизни на экране как выхода из техники амплуа; открытием 10-х были подчеркнутые, выразительные жесты, которыми актеры убеждали нас в искусстве — из техники амплуа.


Женщина простирает свою преданность подруге только до тех пор, пока не встает вопрос о мужчине, а с тем, кто идет против ребенка, она расправляется, не зная жалости, и если бы ruthlessness была единственной чертой, требуемой от политика, женщины были бы идеальными лидерами. Возможно, ruthlessness в том мире, который перед нами открывается, будет одной из главных черт: никто не сможет расправиться со всей порочной системой, кроме женщины, которую та сделала своей главной жертвой.


Уже в 2011 году на сайте ВГИКа в разделе «фильмотека» можно было найти не список картин по алфавиту для удобства, а одну, установочную страницу — в виде большой фотографии помещения с коробками кинопленок и текстом: «В 1931 году… в 1937 году на выставке в Париже… Более 500 копий… С тех пор этого достаточно, или привозят из Госфильмофонда…».


VENDETTA RIDE

Не знаю, что меня добило: то ли упоминание «девственных» картин в твиттере Наили Гольман или что-то еще. Все это происходило на неделе с 12 по 18 марта. Единственно благородным поступком в той ситуации было сказать ей: «Анна, мы Вас ценим как сотрудника, но Вы будете уволены, если НЕ пойдете к Георгию», но никакой информации ко мне в следующие месяцы больше не поступало; с 5 по 7 апреля в Белых Столбах прошла новая конференция.


КАВАЛЕР РОЗЫ

3 апреля в Большом театре пройдет премьера «Кавалера розы», оперы, не ставившейся в России с 1928 года. И мое личное мнение, что в нашей стране в настоящее время нет публики для этого произведения. Потому что у нас среднего класса нет и вообще с оперной аудиторией серьезная проблема, особенно у Большого театра. Вот может, эту оперу надо было тут ставить чуть раньше или чуть позже. Поэтому я бы сказал, что для Москвы эта опера — определенное испытание. Хотя я думаю, что для сегодняшней Москвы она исключительно подходит. Потому что, с одной стороны, тут есть проблематика, о которой общество думает. И, с другой стороны, здесь есть элемент шикарного шоу.


СТЫД — 9 АПРЕЛЯ

Лето-2011 стало летом позора мужчины, оно закончилось показом на Венецианском кинофестивале фильма, который так и назывался — «Стыд» (Shame, 2011). В силу какого-то повторения, Фассбендер — это как будто Тревор Хауард вернулся с новыми силами, накопленными за пятьдесят лет падения на материальный уровень бытия: человек так низко пал, что отсюда — только вставать.

Сразу после фестиваля появилась новость, что Фассбендер сыграет в римейке «Робота-полицейского». Кто бы сомневался. Впрочем, официальные представители актера ее тут же опровергли.

Садистские наклонности и авторитарная этика. Следующим фильмом Аронофски после «Черного лебедя» мог стать «Росомаха», где персонаж Хью Джекмана попадал бы в Японию и там проверял прочность своих гуманистических убеждений, или римейк «Робокопа».

Фассбендер стал первым актером, кто объединил в себе качества мужчины, которого женщины начала XXI века называли sex god, и того, чей идеализм идет против материальности с такой долей презрения, которая была бы гомосексуальной, если бы секс не занимал в нем indeed такого места.


Москва так погрязла в этом бабьем механизме, что если бы она увидела хотя бы одного человека, который бы отнесся к успеху другого с искренней радостью, то заподозрила бы его; если бы она увидела хотя бы одного, в ком была бы humility творчества, то приняла бы ее за нечто другое.


Москва питается людьми, у которых не было отца: таким людям достаточно лишь небольшого морального компромисса, чтобы они продались с потрохами, и встроились в соборное тело, которое растет количественно и внутренне.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза