Покинутые. Правдивые истории о трагических судьбах и поиске счастья

После армии Сашка поступил в университет на заочное отделение и параллельно устроился на работу. На удивление хорошо принял Николая. Прошло совсем немного времени, и он сказал, что женится. Мама была очень рада за него.

Вот и появилась еще одна семья. А вскоре родился Сережка. Лариса души в нем не чаяла…

Маша открыла свой магазин, и вся ее энергия уходила туда. Саша перебивался от одной работы до другой. С грудным Сереженькой сидела Лариса. Она чувствовала себя так, словно это была ее вторая молодость. Она целовала его пальчики, кормила смесями из бутылочки, баюкала и пела песенки, когда у малыша резались зубки.

В какой же момент она упустила Сашку? Он наконец нашел постоянную работу. Но критика со стороны Маши не прекращалась. Она – такая успешная владелица магазина, а он… подсобник, разнорабочий. Чувство неудовлетворенности собственной жизнью давило на него все сильнее и сильнее. Он стал больше пропадать на работе. И вот однажды…

– Катя ждет ребенка.

– Какая еще Катя? – взвизгнула Маша, уколовшись острым предчувствием.

– В общем, мы с ней уже месяца три встречаемся… прости, я не думал, что к этому приведет. Прости, я не виноват… она сама. Да и ты все со своими упреками. Я ни на минуту не могу расслабиться, – перевалил груз вины Саша со своих плеч на Машины.

В этот же вечер Маша собрала чемоданы и выставила Сашу за дверь. Он уехал жить к маме.

Развод проходил очень тяжело для всех. Лариса с тех пор не видела внука. Она приняла новую невестку, но полюбить ее не смогла. Та для нее так и осталась разрушительницей семьи. Катя – новая жена Саши – вместе со своей дочкой от первого брака и новорожденным сынишкой поселились у Ларисы. Отношения у них не складывались. А после того, как Лариса отказала в просьбе прописать Катю с детьми у себя, женщины вообще перестали разговаривать между собой. Да и с бывшей женой сына не получалось найти общий язык. Та, как казалось Ларисе, хотела загрузить и усложнить жизнь ее сыну, например, он должен был забирать вечерами Сережку из сада.

– Он и так устает, наконец-то с работой все хорошо, его повысили. А из-за ее капризов он должен отпрашиваться пораньше…

Но ей так хотелось видеть Сереженьку. Маша не разрешала. Швырнула однажды Ларисе в телефонном разговоре слова:

– Мой сын придет к вам в гости только после того, как он, – так она выразилась о новорожденном, – умрет!

Обида брошенной и обманутой женщины душила Машу изнутри, застилала глаза ненавистью и заставляла говорить такие кощунственные вещи. Со дня развода прошло полтора года. Боль до сих пор сидела глубоко внутри и точила ее до кровавых следов.

Каждый раз Ларисе приходилось вымаливать свидание с внуком. Она после развода Сережку видела очень редко. Вот и теперь она с волнением в сердце набрала Машу:

– Здравствуй, Машенька! Я купила такой потрясающий грузовик Сереженьке. Можно я его заберу к себе хоть на пару часиков погостить?

– А у вас что, кто-то умер? – холодно процедила бывшая невестка по телефону.

В истории пока нет продолжения. Я не знаю, как поступят героини. А как бы вы поступили на их месте?

Кувшинки

– Стой! Не ходи туда, – закричала я. – Не надо мне никаких цветов, выходи, ты же утонешь!

Я ничего не могла сделать. Бегала по берегу и плакала…

…Мы с родителями в тот день были у бабушки по маминой линии. Жила она в небольшой деревне, недалеко от нашего села. У нее был огромный участок, часть которого она отдала нам под засев картошкой. В тот день мы пришли к бабушке окучивать вылезшие из-под земли кустики. Ну и заодно собрать с них колорадских жуков. Пока родители ходили с тяпками, я – с баночкой, наполненной водой: скидывала туда мерзких морщинистых красных личинок. До сих пор вспоминаю с отвращением, сколько их пришлось пособирать в детстве!

Когда оставалось взрыхлить примерно половину поля, мы решили перекусить. Зашли в дом, пообедали. А потом папа предложил махнуть за бабушкин участок. С лицевой стороны парадных ворот дома протекала река Кильмезь, а если обойти дом сзади и идти вперед до конца забора, можно дойти до небольшой калитки. За ней располагался маленький прудик, заболоченная поверхность которого была покрыта ряской. Но самое прекрасное, что мы там нашли, – это белые кувшинки.

– Какие красивые цветочки! – захлопала в ладоши я. – В первый раз такие вижу.

– Это водяные лилии, – сказал папа. – Так в народе называют белые кувшинки.

Папа – ходячая энциклопедия. Он всегда много читал, а в детстве мне казалось, что он знал абсолютно все, о чем бы я ни спросила.

– Хочешь, сорву?

– А можно?

– Сейчас попробую!

И отец тут же сделал шаг в сторону ряски, выглядевшей как плотная зеленая масса. Потом второй, третий – и неожиданно провалился аж по пояс.

А я как раз недавно смотрела какой-то военный фильм, в котором были кадры, изображающие, как герои переходили через топкие болота. Это я уже во взрослом возрасте понимаю, что это был не тот тип болота: это больше был прудик, и дно было не настолько вязким. Но в тот момент мне было страшно. Я бы при всем своем желании не смогла папе помочь.