Поляризация литературно-критических позиций и российское общественное сознание на рубеже 1980‑х — 1990‑х годов

Тем не менее «секретарская» литература и критика не стала серьезным предметом разговора для новой демократической прессы. Подобно прежним писателям «с постами» сами собой исчезли из литературного процесса критики прежней официозной ориентации, борцы за чистоту марксистско-ленинской методологии: В. Озеров, Л. Новиченко, Вас. Новиков. Ф. Кузнецов, П. Николаев, Ю. Суровцев и др.; некоторые, подобно П. Николаеву и В. Оскоцкому, примкнули к демократам, поскольку и раньше спорили с национал-патриотами, пусть во имя чистоты методологии, но активными фигурами в критике быть перестали. Антибюрократическое рвение проявили не столько демократы, сколько их оппоненты из «Молодой гвардии». Так, заместитель ее главного редактора Вяч. Горбачев в статье «Перестройка и подстройка» сочувственно вспоминал слова своего наставника Вс. Кочетова: «Сталин, быть может, в большей мере был жертвой бюрократического аппарата, чем мы думаем»[8]. Наряду со Сталиным жертвой бюрократии автор рисует общественную нравственность, ориентированную на западные стандарты. С той же бюрократией таинственным образом оказались связаны новые редакторы демократических изданий. С другой стороны, в том же журнале В. Хатюшин уже в начале 1989 г. писал, что на смену сталинистам, показанным в «Новом назначении» А. Бека, «придут даже не сталинисты (у тех были убеждения и бескорыстная преданность делу), придут карьеристы и политические демагоги в союзе с преступной мафией коррумпированной номенклатуры»[9].

Когда стало можно критиковать членов политбюро ЦК КПСС, преемственно сменивший в 1989 г. С. Викулова на посту главного редактора «Нашего современника» Ст. Куняев напечатал в периодическом альманахе «Кубань» (1990. №3), новом и весьма воинственном национал-патриотическом органе, статью «Обслуживающий персонал» против «отца перестройки» А. Н. Яковлева как приспособленца и противника национальных ценностей, покровительствующего «обслуживающему персоналу» в лице Т. Ивановой, Н. Ильиной, Ст. Рассадина, Ю. Буртина, В. Лакшина «и т. п.», причем среди этих демократически настроенных критиков оказались Ю. Суровцев и В. Оскоцкий, в свое время критиковавшие «Наш современник» с других позиций. Обвинения в стремлении угодить властям демократические критики навлекали на себя и раньше. Поэль Карп по этому поводу заявлял: «Не только „Огонек“, но и „Наш современник“ наверху кем-то поддерживается, иначе он бы просто не выходил в свет, так что и его позиция может оказаться выгодной. Да сегодня она вроде и более надежна, — в газете „Правда“, центральном органе партии, „Огонек“ то и дело бранят, а к „Нашему современнику“ вполне доброжелательны»[10].

И все-таки в 1987—1988 годы основным конфликтом представлялось противостояние «антисталинистов» и тех, кто казался замаскированными «сталинистами». Например, В. Кожинов, наиболее теоретически оснащенный идеолог «Нашего современника», критиковавшийся в «застойное» время, напечатал статью «Правда и истина» (1988. №4) о «Детях Арбата» А. Рыбакова, небезосновательно трактуя концепцию автора как крайне поверхностную, «детско-арбатскую», не учитывающую истоков сталинизма, самого феномена революционного сознания. Это был первый холодный душ для восторженных почитателей романа, написанного, действительно, по канонам юношеской литературы. Но критик осуждал произведение не столько за то, что в нем есть, сколько за то, чего в нем нет (в том же 1988 г. гораздо объективнее высказалась в статье «Взгляд из сегодня» А. Латынина: «Мы оттого, возможно, так горячо приняли год назад „Детей Арбата“, мы так боялись повредить роману неосторожным словом, что это был период раннего детства нашей демократии. „Дети Арбата“ пришлись ей впору. ⟨…⟩ Но если ей суждено достичь зрелости, она обязана сохранить признательность к книгам, которые способствовали ее взрослению»[11]). И, конечно, В. Кожинов никак не реагировал, например, на прославление официозным критиком прежних лет в «Молодой гвардии» толстых военных романов И. Стаднюка[12], написанных с подсказки Молотова и не выдерживающих самой снисходительной эстетической критики. Это, конечно, не повод считать В. Кожинова сталинистом, но о его объективности тоже не говорит. В статье «Самая большая опасность…» (Наш современник. 1989. №1) он вступился не только за «Молодую гвардию» 60‑х годов, но и за официозное «письмо одиннадцати», вопреки очевидности уверяя, будто оно было направлено не против Твардовского как редактора «Нового мира», а только против статьи «сталиниста» Александра Дементьева.