Половое воспитание детей

Подростковый возраст ставит перед воспитателями усложняющиеся задачи. Эмансипационные тенденции, высокая критичность подростка делают его строгим судьей отношений в родительской семье. Реальность часто воспринимается через призму собственной, склонной к идеализации, романтической влюбленности. Полученные и сформулированные в более младшем возрасте установки могут входить в конфликт со складывающимся у подростка новым видением мира. Известная трудность состоит в том, что взрослые нередко склонны внутренне отождествлять подростковую влюбленность и приводящую к браку любовь; порой они в этом отождествлении «угадывают», но, как правило, оно создает трудности и для подростка, и для взрослых. Для подростка — потому, что он еще не готов к этому: влюбленность и собственная семья для него столь же близки, сколько далеки друг от друга. Для взрослых — потому, что они видят в отношениях подростка то, чего внутренне опасаются. В итоге складывается противоречивая система отношений, требующая от родителей усилий, часто — немалых, чтобы принять уменьшающие напряжение позиции.

Представления подростков о семейной жизни, как показано выше, также весьма незрелы и контрастны: идеал и реальность, общие стандарты семейной жизни и индивидуальные установки нелегко примирить и взрослому человеку. Подросток же нуждается в тактичной и эффективной помощи, которая сегодня (при хорошей постановке дела) в значительной мере обеспечивается курсом «Этика и психология семейной жизни», особенно, если в него вводятся элементы ролевой игры-тренинга [Пискунова Т., 1983]. Очень важно, чтобы в групповых дискуссиях, ролевых играх подросток имел право «на глупость», т. е. мог вести себя и высказывать свое мнение, не опасаясь осуждающих реакций воспитателей: дело не в том, чтобы осудить (это проще всего, хотя подросток часто вправе спросить: «А судьи кто?»), а в том, чтобы формировать такие навыки индивидуального преломления всеобщих и непреходящих ценностей, которые не противоречили бы ни этим ценностям, ни индивидуальным потребностям и особенностям. В этом отношении заслуживают внимания некоторые упрощенно-прямолинейные штампы массового сознания, переносимые на воспитательную работу. Так, девочка, воспитанная пожилым и ласковым отцом, может представлять себе идеального брачного партнера старше себя, но считать это дурным или противоестественным из-за не имеющих к ней отношения осуждений таких браков, как, якобы, преследующих материальную выгоду.

Представление о начале подготовки к семейной жизни лишь в подростковом возрасте, как мы попытались показать, не соответствует действительному положению вещей. Уже на самых ранних этапах развития ребенка возникает задача координации усилий семейного и общественного воспитания в этой важной области.

Такая координация предполагает не только предоставление детям необходимой информации и желаемых ролевых образцов, но и выработку соответствующих навыков отношения к людям и проблемам, навыков поведения, прежде всего бытовых. «Любовная лодка» слишком часто разбивается о неумение практически решать и разделять семейные заботы и проблемы. Чем раньше такие навыки выработаны, тем более они автоматизированы и тем меньше требуют усилий во взросши жизни. Задачи этого рода теснейшим образом смыкаются с трудовым воспитанием в семье.

Раскрывающийся в новое время перед взрослыми мир детства, сверхценность единственного ребенка («Если у родителей один ребенок, они, судя по всему, сами впадают в детство, продолжая играть с ним, как с куклой, до тех пор, пока он не откупится собственным родительским вкладом»[57]), связь планов на будущее не с навыками практической жизни, а с поиском путей развития реальной или мнимой одаренности — все это приводит к тому, что многие дети живут вне быта семьи, не знакомы с ним. Дети как бы инкапсулированы в детстве, вынужденная беззаботность которого рискует оказаться «золотой клеткой» и к тому же — клеткой конфликтной. Ограждая ребенка от быта и обеспечивая его всем необходимым (по мнению взрослых, часто не совпадающим с потребностями ребенка), родители так или иначе ждут его благодарности, выражающейся в помощи, как раз которой они его и не научили. Порождаемые при этом назидания, порицания, наказания наталкиваются на реакцию протеста ребенка. Когда же вчерашнее «дитя» оказывается в собственной семье, оно поражает своей беспомощностью в элементарных ситуациях.

Молодые супруги часто ждут друг от друга взятия на себя роли родителя, но сделать это ни один, ни другой не может. Может показаться, что мы сгущаем краски, но мы лишь буквально воспроизводим предпосылки распада многих семей.