Половое воспитание детей

Дочери у понимающих и поощряющих матерей более активны, а у таких же отцов — более пассивны; и матери, и отцы поощряют активные у сыновей и социально-подражательные у дочерей игры, но на активную игру девочек матери реагируют нейтрально, а отцы ее не поощряют; дети реагируют не просто на поведение родителей, а на связанное с полом поведение, и роль отца, особенно для мальчиков, может быть даже более значимой [Biller H., 1971; Tauber M., 1979]. Дело, однако, не в «измерении» значимости; роль отца имеет свои специфические особенности. В современной семье отец все больше выступает как партнер матери по воспитанию детей, беря на себя возрастающую долю заботы о них. Патриархальные представления о роли отцовства (заметим, часто исповедуемые, как это ни кажется странно, женщинами) нередко еще сводятся к представлению о суровом и жестком главе семьи, распределяющем награды и наказания; на практике отцу отводится роль «палача», приводящего в исполнение приговор матери («Вот подожди — придет отец…»). Прогрессивная тенденция заключается в том, что роль отца как главы семьи сменяется ролью более уравновешенного, стабильного, сильного друга жены и детей: от него ожидаются сдержанность в проявлении чувств при безусловном наличии этих чувств, справедливая и беспристрастная оценка положительных и отрицательных событий. В этой уравновешенности, объективно демонстрирующей самостоятельность, самоуважение и силу, как раз и состоит основной «секрет отцовства». Меняется роль матери — на общении с детьми сказывается «эмансипационная маскулинизация» женского поведения, благодаря которой женщина нередко стремится доминировать и над мужем, и над детьми. Разнонаправленность динамики отцовства и материнства заострила вопрос о праве каждого из них на воспитание детей при распаде семьи — это отражается в участившихся дискуссиях в массовой печати на эту тему, в нередко выражаемом желании детей (причем, по нашим наблюдениям, и мальчиков, и девочек) жить с отцом после развода родителей. В гармоничной же семье мать с раннего возраста обучает ребенка тому «как», а отец — тому «что»; отец учит детей быть «кем-то», а мать — «кем-то для кого-то».

Вопрос о половом воспитании в неполной семье не столь прост, как это иногда представляется. Безусловно, неполнота семьи не оптимизирует развития ребенка. Но сводить вопрос о неполной семье лишь к фактическому отсутствию отца и видеть в этом исключительно отрицательное влияние на половое воспитание было бы, на наш взгляд, неверно. Отец должен быть представлен в психологии ребенка. Мы видим семьи, в которых роль существующего отца «сведена на нет», и семьи, в которых фактически отсутствующий отец незримо присутствует в доме. В этом плане показательны имеющиеся у нас наблюдения детей 2,5–5 лет (мальчиков и девочек), агрессивно-расторможенное поведение которых полностью нормализовалось при появлении в доме портрета отца. По нашим данным, значима, как правило, не сама по себе неполнота семьи, а травмирующий ребенка негативный образ отца, создаваемый живущими с ним взрослыми, либо непредставленность отца в мировосприятии ребенка. С известной долей условности можно сказать, что для ребенка глубинно значимо порой не только то — присутствует ли отец рядом с ним, сколько то — есть ли у него отец и «хороший» ли он.

В полной семье даже самые сдержанные родители не могут не демонстрировать ребенку стиль отношений между собой. Этот стиль информирует отнюдь не только о моральной, но и о психосексуальной сторонах отношений между людьми вообще и между родителями. Забота друг о друге, прикосновения, объятия, поцелуи, не всегда произвольно контролируемые эротические реакции и т. д. постепенно вводят ребенка в стиль отношений мужчины и женщины.

Каково отношение взрослых к сексуальным проявлениям у детей? В поисках ответа на этот вопрос одним из нас (В. Е. Каган) были обследованы с помощью методики семантического дифференциала 50 студентов (44 женщины и 6 мужчин) 5-го курса — будущих врачей-педиатров, реальных и будущих родителей. Все они оценивали детскую сексуальность как достоверно более маскулинное проявление. Характеристики понятий «сексуальность» и «детская сексуальность» оказались ярко различающимися (рис. 3). В установочных представлениях мужчин и женщин детская сексуальность связывалась с болезнью, которая пугает, ассоциируется со стыдом и брезгливостью. Эти выводы подтвердились и при обследовании детских психиатров (21 женщина и 6 мужчин со стажем работы не менее 3 лет) (рис. 4). Трудно допустить, чтобы столь отчетливо выраженные репрессивные установки не сказывались в их реальном поведении и как родителей, и как педиатров — консультантов семьи.

Рис. 3.

Факторные показатели семантического шкалирования понятий «сексуальность» и «детская сексуальность».

1 — показатели мужчин; 2 — женщин для понятия «сексуальность»; 3 — мужчин и 4 — женщин для понятия «детская сексуальность». По оси абсцисс — баллы, по оси ординат — факторы оценки (О), силы (С) и активности (А).