Последний штурм

— Просто не понимаю, — ставя пустой стакан на стойку бара, сказал заросший рыжей бородой парень с фотоаппаратом, — как мог Спиро стать вице-президентом? Я его знаю добрый десяток лет и ни разу не слышал от него чего-нибудь оригинального.

— Вот поэтому он и стал вице-президентом, — ответил кто-то на его тираду. — Он, как сказал один из столпов нашей журналистики, оказался «наименее неприемлемой фигурой на политическом горизонте, никому не мешающей и ничего не значащей».

— Помню эту оценку Липпмана, угодил в самое яблочко.

Наверное, еще долго бы всезнающая пишущая братия перемывала косточки вице-президента, но тут вошли офицеры охраны, окинув собравшихся профессиональными взглядами.

— Господа, — сказал один из офицеров, — надеюсь, у вас нет огнестрельного оружия? Если кто захватил случайно, прошу сдать.

— Не беспокойтесь, — за всех ответил рыжебородый, — мы в вице-президента будем целиться объективами фотокамер. Давай, Джон, пропустим по стаканчику, — журналисты хорошо знали тех, кто был приставлен охранять высокопоставленных лиц из Белого дома.

— Нет, Питер, — ответил офицер, — только когда поднимемся в воздух. Там и выпьем за рождество Христово.

— О’кэй, Джон. Платить ты будешь?

— Отнесем расходы на счет вице-президента. А сейчас — на посадку.

Самолет едва оторвался от взлетной полосы, как помощник пресс-секретаря Белого дома сообщил журналистам, что вице-президент приглашает их в свой салон на первую пресс-конференцию.

— Вот это темпы! — высказал кто-то. — Сейчас мы узнаем какую-нибудь потрясающую новость, вот увидите.

Даже за недолгое пребывание Агню в новой роли журналисты хорошо узнали его. Одна популярная газета, рассказывая о новом вице-президенте, привела остроумное замечание, высказанное в свое время Марк Твеном по другому поводу: «Спиро Агню свалился в Белый дом, как мул в колодец. — И добавила: — Неизвестно только, как он оттуда выберется».

— Господа, — встретил вице-президент журналистов, — я надеюсь, что у нас с вами будут самые тесные контакты и взаимопонимание. Нам предстоит посетить много стран, а это, согласитесь, чертовски интересно. Впереди много важных встреч, каждый из вас будет о них писать по-своему, в этом я вас учить не буду. Но я прошу вас, господа, не сгущать краски, пусть Америка узнает, как высок ее авторитет в странах, куда мы направляемся. Знаю, господа, что некоторые органы печати постоянно делают против меня недоброжелательные выпады. Прошу вас во время этого визита забыть непозволительные выражения, потому что любое ваше недружественное замечание в мой адрес будет выпадом против американской политики.

Это сразу напомнило многим одну нашумевшую пресс-конференцию, которую проводил вице-президент почти сразу после своего избрания.

— Господа, — сказал он тогда, — я готов ответить на любой вопрос, кроме глупого.

Все восприняли тогда это как шутку, и она понравилась. Действительно, зачем отвечать на глупые вопросы?

— Господин вице-президент, — поднялся корреспондент ведущего агентства, — вы пришли в Белый дом с поста губернатора штата. Скажите, у вас есть какие-то свежие мысли для Белого дома?

— Я же сказал, — с ходу отрубил Агню, — что готов отвечать на любой вопрос, кроме глупого.

Сначала воцарилось молчание, а потом зал разразился хохотом. Агню растерянно переводил взгляд с одного журналиста на другого, не понимая, над чем они смеются. Когда смех умолк, еще один журналист поднялся с места:

— Сэр, будучи губернатором штата, вы приказали полиции открыть огонь по демонстрации негров, назвав их черномазыми бунтовщиками. Вы и сейчас придерживаетесь такого же мнения?

— Это еще более глупый вопрос, чем предыдущий, но я отвечу: послабление бунтовщикам — черные они или белые — будет только ослаблять Америку.

Опять разразился хохот. Переждав его, Агню спросил:

— Есть еще вопросы, господа?

Корреспондент нью-йоркской газеты, поднявшись, ответил под смех своих коллег:

— У нас, господин вице-президент, в запасе только глупые вопросы. Мы ими вас утомлять не будем. Спасибо за внимание…

В салон вице-президента вошла стюардесса с подносом, уставленным стаканами с виски, джином, прохладительными напитками. Пока журналисты выбирали, что выпить, вице-президент продолжал говорить:

— Азия сейчас — самый тревожный район мира. Наша миссия, миссия Америки, принести сюда спокойствие, дать народам возможность пользоваться свободой и демократией без вмешательства враждебных сил со стороны. Мы жертвуем своими парнями во Вьетнаме, чтобы его народ не попал под гнет коммунизма. И наши благородные жертвы поднимают престиж Америки в мире.

— Но, сэр, не только в мире, но даже в самой Америке растут протесты против войны во Вьетнаме, люди требуют, чтобы мы ушли оттуда. Как вы объясните это?

— На этот вопрос я отвечу так, как ответил в своем выступлении по телевидению президент Никсон. Он сказал, что в связи с этой войной демонстранты и раньше приходили к Белому дому. Сейчас их стало больше. Нарушители будут привлекаться к ответственности со всей строгостью, потому что они выступают против жизненных интересов Америки.