Посмертные приключения. Что может случиться с вашим телом после смерти?

Для временной сохранности лица древние бальзамировщики использовали глину и воск – их частицы были обнаружены на черепе. Такая маска действительно была способна на какое-то время сохранить портретное сходство до захоронения в условиях начавшегося разложения тканей. Кроме того, есть основания полагать, что при бальзамировании больше внимания уделялось сохранности тех частей тела покойника, которые не были прикрыты одеждой, что косвенно подтверждают находки, сделанные в соседних курганах, – там была выявлена та же закономерность.

Как и у многих древних народов, мумии пазырыкцев до погребения продолжали «жить» в своем племени. Для этого, вероятно, и было необходимо бальзамирование. Скорее всего, высушенные и набитые травой, землей и шерстью останки еще какое-то время (до нескольких месяцев) выставлялись на всеобщее обозрение – в той самой позе, в какой они впоследствии оказывались в могилах. При этом откладывание похорон могло быть связано не только с обычаем сохранять тела усопших, но и с правилом хоронить покойников только в определенные месяцы (весной и осенью). То есть, те, кто умирал, например, зимой, вынуждены были «ждать» своей очереди на погребение до наступления весны.

Другие находки, относящиеся к пазырыкской культуре, говорят о том, что, как пишет Наталья Полосьмак в книге «Феномен алтайских мумий», «мумификация, то есть особая подготовка тела человека «к жизни» в потустороннем мире, была типичной для всего пазырыкского общества, а не только для какой-то части его элиты».

Так кем же была таинственная женщина из «ледяной могилы»? Наталья Полосьмак осторожно предполагает, что одиночный характер погребения (явление достаточно редкое для пазырыкцев) может свидетельствовать о том, что покойница не состояла в браке и, как вариант, была жрицей. Хотя, как отмечает археолог, ничто больше об этом не свидетельствует: ни татуировки на теле, ни одежда, ни найденные в могиле предметы. Однако совершенно точно эта женщина не была воином, поскольку в захоронении отсутствуют оружие и военная экипировка, а на теле мумии нет травм. При этом, несмотря на то, что она принадлежала к среднему классу пазырыкского общества, нет никаких сомнений в ее особом статусе. Возможно, женщина была шаманкой, но едва ли она являлась принцессой, коей ее поспешили окрестить алтайцы.

Доподлинно известно, что похороненная на плато Укок женщина скончалась в возрасте двадцати пяти лет в марте или апреле. Ученые не только сумели воссоздать ее облик, но и установили причину смерти – рак молочной железы.

Природа как следует постаралась и сохранила для нас остатки древних культур, к числу которых относится и алтайская мумия из «ледяной могилы». Трудно переоценить значение сокровищ, которые были извлечены из пазырыкских могил, – то, что, казалось, навсегда утрачено (элементы материальной культуры, изготовленные из недолговечных органических материалов, дающие поистине бесценные сведения о жизни предков алтайцев), было вновь обретено благодаря скрупулезной работе археологов. Но, к сожалению, далеко не все оценили значение открытия, совершенного в 1993 году на плато Укок. Но об этом чуть позже.

Сразу после раскопок мумию увезли в Новосибирск, в музей Института археологии и этнографии Академгородка, пообещав вернуть после всестороннего изучения – она могла еще много поведать не только и, может быть, даже не столько о похороненной женщине, сколько о родословной пазырыкцев, их культуре и погребальных обрядах в случае совершенствования генетических исследований. Однако вмешались обстоятельства. Изъятые из могилы останки начали портиться, так что пришлось спешно решать вопрос об их реставрации и консервации. Это стало возможным благодаря привлечению специалистов из Научно-исследовательского и учебно-методического центра биомедицинских технологий ВИЛАР, имевших богатый опыт работы с мумиями. Стоит лишь упомянуть о том, что именно они занимались поддержанием состояния останков Владимира Ленина. Таким образом, мумию укокской женщины удалось сохранить в том самом состоянии, в котором она находилась в «ледяной могиле» на протяжении последних 2500 лет.

Одновременно с этим на Алтае родился миф о принцессе Укока, и широкая молва подхватила легенду о женщине знатного происхождения, которая защищает алтайцев от различных катаклизмов. Когда в 2003 году Алтай пережил мощное землетрясение, кто-то предположил, что это гневается потревоженная археологами алтайская принцесса, ведь эпицентр подземных толчков находился «всего» в 150 километрах от места ее погребения. Рост числа самоубийств в республике также умудрились приписать гневу алтайской принцессы. Где-то в недрах желтой прессы даже зародился отечественный аналог проклятия фараонов. Писали, как принцесса Укока мстит своим обидчикам. Дескать, уже пострадали и археологи, раскопавшие курган, и ученые, занимавшиеся сохранностью мумии: кто-то из них умер, другие стали бездетными, а третьи страдают от различных заболеваний.