Поваровка под колпаком

– И через люк проходите, как можно быстрее, – подсказал Лаэрт-второй. – Когда Степан Алексеевич наружу выходил, ясно ощущалось действие излучения.

Петр и Костя были уже на верхних ступеньках лестницы, у люка. Костя бросил последний взгляд на лабораторию, к которой уже привык, и вдруг почувствовал секундную робость.

Предвкушать приключения, это одно, и совсем другое действительно шагнуть в полную неизвестность, где что-то неведомое превращает людей, только что полных жизни, в застывших в нелепых позах истуканов.

– Выходим! – решительно сказал самому себе Костя, быстро толкнул люк вверх, мигом выскочил на террасу и как только рядом с ним оказался Петр, сразу же опустил люк на место.

С минуту друзья постояли на открытой террасе, не двигаясь. Первое, что их поразило, так это абсолютная тишина. Казалось, даже воздух застыл, не чувствовалось ни малейшего ветерка.

Впрочем, это было понятно: раз дачный поселок полностью скрыт под прозрачным, но неодолимым колпаком, то и ветру сквозь него не пробраться.

Медленно и осторожно Костя и Петр спустились в сад, мимо кустов смородины подошли к окаменевшему Степану Алексеевичу.

Вблизи, оказалось, директор школы выглядел так, как выглядела бы его восковая фигура, если б некий искусный мастер решил изготовить ее для музея восковых фигур. Рот у Степана Алексеевича был слегка приоткрыт, казалось, вот-вот директор заговорит.

Костя даже назвал его по имени, надеясь этим привести в чувство, но он не отвечал. Тогда Костя сообразил, что из-за эффекта кажущегося неприсутствия Степан Алексеевич никак не мог бы ни увидеть его, ни услышать.

Он осторожно потянул директора за рукав. К огромному его удивлению рука легко подалась, изменила положение.

– А что, если его в подвал отнести? – предложил Петр. – Там он сразу оживет, раз излучения нет. И не такой уж он тяжелый, справимся.

– Нет, не стоит, – после короткого размышления ответил Костя. – Наверняка у этих кентавров весь поселок под наблюдением. Увидят, что наш директор перемещается из сада в дом, хотя и не должен, заподозрят неладное, и кто знает, что из этого получится.

– Правильно, – согласился Петр. – Рано или поздно Степан Алексеевич и сам в себя придет. Должно же все это когда-нибудь кончиться.

Осторожно Костя и Петр вышли за калитку, двинулись по улице.

Очень странное зрелище являл собой дачный поселок, если оглядывать его не с высоты полета мини-телекамеры, а самому идти по улицам.

Застывшие без движения, как в какой-нибудь волшебной сказке, местные жители попадались на каждом шагу.

Больше всего поселок походил на гигантский музей под открытым небом с экспонатами в натуральную величину.

У Кости вдруг даже промелькнула такая догадка: а что, если это и надо было загадочным пришельцам – превратить Поваровку именно в музей, куда позже будут прилетать экскурсанты с других планет, чтобы посмотреть, как выглядят и как живут обитатели Земли?

Что ж, пожалуй, такое объяснение вполне подходило, все становилось на свои места. Костя даже припомнил, что читал нечто похожее в какой-то фантастике…

Но как бы то ни было, ответ надлежало искать на стоянке пришельцев, а туда-то и направлялись два разведчика.

Улочка стала спускаться вниз, скоро она должна была выйти за пределы дачного поселка и превратиться в лесную дорогу. Поначалу оба почему-то помалкивали, словно опасаясь, что их кто-то услышат, хоть и знали, что этого не может случиться.

Однако впечатлений от пребывания в недалеком будущем набралось уже с лихвой, и как раз теперь, когда друзья впервые за все время оказались одни, самое время было обменяться впечатлениями.

Петр сказал:

– Хорошо, что догадались бабушку сюда взять. Не знаю, что бы мы без нее делали. Все-таки Изобретатель, хоть и стал нобелевским лауреатом, а хорош он только в своей лаборатории, к практической жизни мало пригоден. Повезло ему, что он на Верочке догадался жениться. А как же он раньше жил… то есть, как же он пока еще без нее живет в нашем времени?

Костя думал о другом.

– Ты «Войну миров» Уэллса читал? – спросил он.

– Конечно, – ответил Петр.

– Вот у меня такое чувство, что здесь происходит нечто похожее. Помнишь, герой идет по Лондону, захваченному марсианами? Пустой город, никого из жителей нет…

– Да нет, здесь совсем не так, – пробормотал Петр и осторожно обошел мальчика на трехколесном велосипеде, выехавшего из своей калитки и замершего посреди дороги. – Поселок не пустой, вот только двигаться никто не может. А в Лондоне, помнишь, и дома многие были разрушены, и улицы какой-то красной травой поросли. Здесь же все в целости и сохранности…

– Ну зачем, – вопросил Костя, – зачем они все это делают? И нам что дальше делать? Ладно, в лаборатории мы защищены от излучения и, значит, не окаменеем. Когда в доме Лаэрта Анатольевича кончатся продукты, можем сходить и взять в магазине. Но рано или поздно в магазине тоже ничего не останется. А снаружи помочь нам никто не может.