Читаем Повелитель камней. Роман о великом архитекторе Алексее Щусеве полностью

– И знаете, я вам благодарен. Ведь именно тогда я понял, что ищу, что хочу найти свой стиль. Вы, дорогой и любимый мной человек, тогда, уж простите меня, старика, за столь грозные слова о вас, любили не стили, а стилизации. А я искал стиль, свой собственный, в котором воплотилась бы вся моя творческая сила. Стиль есть моя вера, стилизация же – это вера, но чья-то. За ней можно хорошо спрятать отсутствие своей собственной веры.


М. В. Нестеров

Портрет А. В. Щусева

[ГТГ]


Выражение лица архитектора стало каменным. Он отодвинулся от стола и сложил руки на груди. В прекрасных, с золотым шитьем, халатах академик был похож на архаичного эмира, готового дать распоряжение об отсечении головы бунтовщику. Ужалив глазами собеседника, Щусев произнес:

Уж лучше грешным быть, чем грешным слыть.Напраслина страшнее обличенья.И гибнет радость, коль ее судить
Должно не наше, а чужое мненье.Как может взгляд чужих порочных глазЩадить во мне игру горячей крови?Пусть грешен я, но не грешнее вас,Мои шпионы, мастера злословья.Я – это я, а вы грехи моиПо своему равняете примеру.Но, может быть, я прям, а у судьиНеправого в руках кривая мера,И видит он в любом из ближних ложь,Поскольку ближний на него похож!

Художник рассмеялся, следом за ним и зодчий. Отхохотавшись, Михаил Васильевич, протирая глаза от выступивших слез, погрозил пальцем в воздухе непонятно кому.

– Ай да Шекспир, ай да сукин сын! – Михаил Васильевич был явно доволен. – Двадцать первый сонет.

Вдруг Нестеров резко стал серьезным.


А. В. Щусев. Проект каменного мавзолея В. И. Ленина [Из открытых источников]


– Конечно, у вас появился свой стиль. Особый, щусевский. Такого архитектора-философа в камне ни до вас, ни после вас не было и не будет. Разумеется, будут другие, но не такие, как вы.

– И не дай Бог, чтобы они стилизовались под Щусева. – Хозяин дома не дал договорить мысль художнику, тот в ответ лишь лукаво подмигнул.

Задумчиво помолчав, Щусев произнес:

– А вот по поводу Мавзолея вы тогда зря мне грозились руки не подавать.

<p>Глава вторая</p><p>Фараон</p>

Москву жгли морозы. Жутко не хотелось вылезать из натопленного дома, но надо.

– Одевайся теплее, Алеша, – хлопотала жена. – Ну что ты как маленький! Ты видел, что на улице творится? Надевай шубу, а не пальто, и ушанку, а не пирожок свой. Пятьдесят лет, а все франтишься. Валенки, валенки! Ну, как хочешь, упрямец. Заболеть хочешь, болей!

И, не послушав Марии Викентьевны, Алексей Викторович зашагал по Гагаринскому переулку в изящных сапожках, элегантном пальто из черного драпа с каракулевым воротником и пыжиковой шапке, которую раньше москвичи называли гоголем, в просторечье пирожком, а советские щеголи предпочитали красивое название «амбассадор». Но одними названиями не согреешься, даже самыми эффектными, и упрямый академик быстро понял, что зря не послушался жену. Амбассадор не прикрывал мочки ушей, пальто пронизывало холодом, а ноги быстро заявили, что готовы отвалиться.

Вернуться? Но сегодня он хотел выглядеть подтянутым и моложавым, что не подразумевает валенки, шубу и треух.

Впереди светился на морозном солнце купол Христа Спасителя, но его золото не грело, а лишь помогало стуже своим холодным сиянием. Наконец, дойдя быстрым шагом до белоснежного творения Тона, которое Алексей Викторович недолюбливал, он поймал средство передвижения и запрыгнул в санки, за которые извозчик заломил тройную цену ввиду столь лютой стужи. А, плевать!


Удостоверение, выданное народным комиссаром просвещения А. В. Луначарским художнику А. В. Щусеву, в том, что он является членом художественной коллегии Наркомпроса

28 мая 1918

[ГА РФ. Ф. А-2307. Оп. 22. Д. 1435. Л. 2]


Анкета А. В. Щусева в Наркомпросе

14 февраля 1921

[ГА РФ. Ф. А-2306. Оп. 64. Д. 107. Л. 1]


Личная карточка А. В. Щусева в Наркомпросе

1921

[ГА РФ. Ф. А-2306. Оп. 64. Д. 55. Л. 1]


– Однако и знойко нынче! – крякнул возница, дабы лишний раз показать, как ему тяжело катать москвичей на таком морозе. – А что там за съезд у вас в Благородном собрании?

– Съезд советов, – буркнул Щусев, с трудом отогреваясь.

Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже