Читаем Повести разных лет полностью

М а р ь я  Л ь в о в н а (показывается в дверях, за ней какая-то женщина). Говорите толком.

К у х а р к а. Мне что, я скажу. Господа велели сказать, что они не придут и больше их звать не велят беспокоить.

М а р ь я  Л ь в о в н а. Как это понимать?

К у х а р к а. А так. Вот и вся недолга. (Хищно смотрит на праздничный стол.) А барин, так тот прямо выругался. С таким, говорит, и за стол-то зазорно сесть. Про вашего-то. Мне что, я так и передаю. До свиданьица. (Укоризненно.) Ай-ай-ай!

М а р ь я  Л ь в о в н а (придя в себя). Уходи, уходи, пожалуйста.

К у х а р к а. Ну, ну, не очень. Другой раз в очередь не пущу. (Уходит.)


М а р ь я  Л ь в о в н а  закрывает за ней, возвращается.


М а р ь я  Л ь в о в н а (упавшим голосом). Понимаю. Я думала, мне показалось в очереди, что Анна Ивановна мне не ответила, когда я ей поклонилась. А кто-то совсем отвернулся. И зашипели. И вот теперь… За что? И в такой день.


Опять стучат. Радостно бежит в переднюю.


Конечно. Не может быть, чтобы настоящие друзья не пришли.


Стук открываемой двери. Откашливание. Топот ног.


Г о л о с  М а р ь и  Л ь в о в н ы. Вам что, господа?

М у ж с к о й  г о л о с. Профессор дома?

Ж е н с к и й  г о л о с. Скажите профессору, что пришли студенты.

Г о л о с  М а р ь и  Л ь в о в н ы. Профессора нет дома.

Ж е н с к и й  г о л о с. Неправда!

Д р у г о й  ж е н с к и й  г о л о с. Он дома, он прячется, господа.

М у ж с к о й  г о л о с. Какое ребячество!

Д р у г о й  м у ж с к о й  г о л о с. Какая низость!


Все разом показываются в дверях, оттеснив Марью Львовну. Д в о е  с т у д е н т о в, д в е  с т у д е н т к и.


М а р ь я  Л ь в о в н а (проталкиваясь в столовую). Господа, я не понимаю. Что вы хотите? А вы куда?

П е р в а я  с т у д е н т к а (заглядывает в кабинет). Действительно, его там нет.

В т о р а я  с т у д е н т к а. Ну ничего, мы подождем. (Садится.)

П е р в ы й  с т у д е н т. Разумеется.

М а р ь я  Л ь в о в н а (возмущенно). Вчера нас обыскивали матросы…

В т о р а я  с т у д е н т к а (презрительно). Их обыскивали!..

М а р ь я  Л ь в о в н а. Но они не были и наполовину столь развязны и грубы, как вы, молодые люди. Что с вами?

П е р в а я  с т у д е н т к а. Рассаживайтесь, господа. Мы во что бы то ни стало его дождемся.

М а р ь я  Л ь в о в н а. Вы немедленно покинете мою квартиру.


Все демонстративно садятся, кроме первого студента.


П е р в ы й  с т у д е н т (растерянно). Господа, кажется, мы это слишком…


Студентки дергают его за рукав, заставив сесть.


В т о р о й  с т у д е н т (привстав, поясняет Марье Львовне). Видите ли, мы делегация студентов, имеющая предложить профессору Полежаеву…


Его также дергают за рукав: «Да будет вам!.. Чего объясняться! С самим будем говорить!»


(Солидно заканчивает, уже сидя.) …отказаться от его сегодняшней статьи, в которой он признал большевиков и призывает к таковому признанию всю интеллигенцию.

В т о р а я  с т у д е н т к а (насмешливо). И каковое признание они намерены сейчас отпраздновать. (Показывает на стол.)

М а р ь я  Л ь в о в н а. Вы не уйдете добром? (Идет в прихожую.)

В т о р а я  с т у д е н т к а. Куда это она?

П е р в а я  с т у д е н т к а. Ни за что не уйдем. Пусть хоть дворника зовет.

М а р ь я  Л ь в о в н а (возвращается в шубке). Господа, я открыла вам дверь на лестницу. Прошу.

В т о р а я  с т у д е н т к а. Но это просто невежливо!

П е р в а я  с т у д е н т к а. Безобразие!


В передней показывается  В о р о б ь е в.


В о р о б ь е в (удивленно). На лестницу дверь открыта. Зачем? (Увидел студентов.)

С т у д е н т ы (все вместе). Господин Воробьев! Викентий Михайлович!.. Ни на что не похоже!.. Вы можете на него повлиять!.. Сначала на нее!..

В о р о б ь е в. Господа, успокойтесь, пожалуйста! Марья Львовна, что происходит?

М а р ь я  Л ь в о в н а. Где Дмитрий Илларионович?

В о р о б ь е в (оскорбленно). Я был прав, он меня прогнал.

М а р ь я  Л ь в о в н а. И вы его оставили одного?

В о р о б ь е в. Я вам говорю, он прогнал меня от себя.


Марья Львовна молча начинает застегиваться.


Марья Львовна, что вы хотите?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
История «латышских стрелков». От первых марксистов до генералов КГБ
История «латышских стрелков». От первых марксистов до генералов КГБ

Первый биографический справочник латвийских революционеров. От первых марксистов до партизан и подпольщиков Великой Отечественной войны. Латышские боевики – участники боев с царскими войсками и полицией во время Первой русской революции 1905-1907 годов. Красные латышские стрелки в Революции 1917 года и во время Гражданской войны. Партийные и военные карьеры в СССР, от ВЧК до КГБ. Просоветская оппозиция в буржуазной Латвии между двумя мировыми войнами. Участие в послевоенном укреплении Советской власти – всё на страницах этой книги.960 биографий латвийских революционеров, партийных и военных деятелях. Использованы источники на латышском языке, ранее неизвестные и недоступные русскоязычному читателю и другим исследователям. К биографическим справкам прилагается более 300 фото-портретов. Книга снабжена историческим очерком и справочным материалом.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , М. Полэ , сборник

Биографии и Мемуары / Документальное