Читаем Повести разных лет полностью

М а р ь я  Л ь в о в н а. Встретить его. А вы развлекайте гостей. (Показывает на студентов.)

В о р о б ь е в. Марья Львовна, голубушка, пожалуйста, успокойтесь. Его проводят с лекции. Так и сказали. Он сразу же там снискал всеобщую любовь, овации, что угодно.

М а р ь я  Л ь в о в н а. Да? Проводят, сказали? Ну, в таком случае!.. (Расстегивает шубку.)

В о р о б ь е в. Вот и хорошо. Господа, пройдемте сюда. (Открывает дверь в кабинет.)


Марья Львовна становится на пороге.


М а р ь я  Л ь в о в н а. В его кабинет? Ни за что!

В о р о б ь е в. Марья Львовна, но там есть и мой угол для занятий.

М а р ь я  Л ь в о в н а. Там теперь я сижу. Это мой угол. (Запирается в кабинете.)


Все растерянно глядят друг на друга.


С т у д е н т ы. Викентий Михайлович, мы пришли объявить бойкот профессору.

В о р о б ь е в (морщится). Господа, бойкот — это пустяки. Этим нас не проймешь. (Болезненно улыбается.) Мы с Дмитрием Илларионовичем привыкли ко всяким передрягам.

С т у д е н т ы (все в один голос). Что же делать? Скажите! Мы вам верим, Викентий Михайлович!

В о р о б ь е в (скромно). Спасибо! (Тихо, но внушительно.) Есть еще одно средство. (Похлопав по объемистому портфелю.) Крайнее средство, господа, не скрою. Но прежде я надеюсь на одно неожиданное для него известие. (Заговорщически что-то шепчет им. Громко.) А теперь, я думаю, вы сами, господа, видите, что вам лучше всего не демонстрировать в профессорской квартире, а мирно уйти. (Тихо.) Да, да, господа, я надеюсь, что один я буду действовать успешнее.


Все послушно уходят.


(Тихо.) Туда, туда. (Показывает.) Подождите меня на кухне. (Громко.)

Марья Львовна, они уходят.

М а р ь я  Л ь в о в н а (показываясь в дверях кабинета). Очень рада. Спасибо, что уговорили. Скоро гости придут, а у нас чуть не драка!

В о р о б ь е в (грустно). К вам никто не придет, Марья Львовна.

М а р ь я  Л ь в о в н а. Вы думаете?

В о р о б ь е в (грустно). Я знаю.


Хлопнула дверь. Шаги в передней.


М а р ь я  Л ь в о в н а (торжествующе). А это что? Слышите? Вы не закрыли дверь.

Г о л о с  П о л е ж а е в а. Тьфу! Все еще света нет! (Уронил стул.)

М а р ь я  Л ь в о в н а. Это Дима.

Г о л о с  П о л е ж а е в а (он опять что-то уронил). Да зажгите спичку или вашу зажигалку.

М у ж с к о й  г о л о с. Есть.


В прихожей стало светло.


М а р ь я  Л ь в о в н а (радостно). Видите, он не один. Кажется, с Тихоном Алексеевичем. (Удовлетворенно.) Ну вот, начали собираться. (Торопливо уходит.)

В о р о б ь е в. Куда вы, Марья Львовна?

Г о л о с  М а р ь и  Л ь в о в н ы. В кухню, самовар ставить.


Воробьев с беспокойством бежит за ней. Из прихожей показались  П о л е ж а е в  и матрос  К у п р и я н о в.


П о л е ж а е в. А я устал немножко. Это от лестницы.

К у п р и я н о в. Высоко живете, товарищ профессор.

П о л е ж а е в. Чертовская одышка!

К у п р и я н о в (сочувствующе). Видно. (Приглядывается к нему.)

А что: деревья тоже дышат?

П о л е ж а е в. Дышат листьями.

К у п р и я н о в. Интересно рассказывали про жизнь природы, товарищ профессор.

П о л е ж а е в (оживленно). Вам понравилось?

К у п р и я н о в. Не только мне, все ребята определенно довольны.

П о л е ж а е в. Верно? Это хорошо. А то, когда я к вам добирался, по улице шел отряд. Я — по панели, а они — по мостовой. И на углу тоже матросы. Кричат отряду: «Куда, братишки?» — «На лекцию!» — «Про что?» — «Про жизнь природы!» — «Э-ге, тыща слушает, один врет». — «Начнет врать, мы его!..» (Сунув два пальца в рот, свистит.) Что, похоже на ваших? Да, но мне каково было слушать? А пришел — так замечательно встретили. Я очень доволен. А вы знаете, ведь про жизнь природы у меня много книжек написано.

К у п р и я н о в. Как же, знаю. (Нерешительно.) Поди, книжек сто будет?

П о л е ж а е в. Сто не сто… Самую главную книгу я как раз вчера заканчивал, когда вы ко мне пришли.

К у п р и я н о в (кашлянул). Извините, что мы вас за архиерея приняли.

П о л е ж а е в (смеется). Ничего, бывает. Да вы раздевайтесь. Гостем будете. Я сегодня родился.

К у п р и я н о в (почтительно). Поздравляю…

П о л е ж а е в. Спасибо. (Прислушивается.)

Г о л о с  М а р ь и  Л ь в о в н ы. Господа, вы обещали.

П о л е ж а е в. А без меня гости пришли. Хорош хозяин! Но почему темно? (Куприянову.) Оставайтесь, с другими профессорами познакомлю.

К у п р и я н о в. Другой раз, спешу.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
История «латышских стрелков». От первых марксистов до генералов КГБ
История «латышских стрелков». От первых марксистов до генералов КГБ

Первый биографический справочник латвийских революционеров. От первых марксистов до партизан и подпольщиков Великой Отечественной войны. Латышские боевики – участники боев с царскими войсками и полицией во время Первой русской революции 1905-1907 годов. Красные латышские стрелки в Революции 1917 года и во время Гражданской войны. Партийные и военные карьеры в СССР, от ВЧК до КГБ. Просоветская оппозиция в буржуазной Латвии между двумя мировыми войнами. Участие в послевоенном укреплении Советской власти – всё на страницах этой книги.960 биографий латвийских революционеров, партийных и военных деятелях. Использованы источники на латышском языке, ранее неизвестные и недоступные русскоязычному читателю и другим исследователям. К биографическим справкам прилагается более 300 фото-портретов. Книга снабжена историческим очерком и справочным материалом.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , М. Полэ , сборник

Биографии и Мемуары / Документальное