Повседневная жизнь японцев. Взгляд за ширму

— Думаете, вы крутые, да? — закричала я. — Грязные недоноски!

Потом я стала тыкать острым концом прута, целясь в лицо самому агрессивному. Они отступили и забежали в какой-то дом»[79].

Так или иначе, но все это бесконечно далеко от рекламных статеек в российской прессе, увлеченно повествующих о совершенно бредовых вещах: «Гейша — подруга, психоаналитик, собеседник, источник наслаждений и еще много-много всего, чему, кстати, девочки учатся с шести до шестнадцати лет. То, что гейши услаждают душу, вовсе не означает, что при этом тело отдыхает. Оно тоже наслаждается, да еще как! Просто секс с гейшей совсем не такой, как с женой или проституткой. “Главное мое отличие от проститутки, — рассказывает известная гейша Сакава Эси, — в том, что основное удовольствие от продажной женщины, пусть самой дорогой и умелой, клиент получает в постели. Я же обучена таким движениям, которые заставляют клиента испытать оргазм еще во время самого танца. Но это первый оргазм. Затем я восстанавливаю мужскую силу при помощи рук, губ и волос — этими легкими прикосновениями вновь заставляю его испытать второй оргазм, и только третий оргазм достигается в постели”. Это, так сказать, минимальный норматив для гейши, которая не может по японским традициям уделять клиенту больше двух часов».

Нам так и не удалось установить, кто такая Сакава Эси, но трогательная рекламная история о стахановских «трех оргазмах от гейши» в сжатые сроки явно не имеет никакой связи с реальной жизнью, где все значительно проще, хотя и сексу здесь всегда есть место. В мифические «сексуальные секреты гейш» тем более трудно поверить, что Япония — слишком бурно развивающаяся страна для того, чтобы в ней оставался хотя бы один небольшой незаполненный участок. Закрытый прежде мир ханамати впустил за свои стены журналисток: после того как Артур Голден сделал Ивасаки Минэко известной на весь мир, а она, отвечая на его вызов, сама стала автором бестселлера, после того как Лайза Дэлби написала интереснейшую книгу о своей «стажировке» в квартале Понто-тё, прославившаяся своими сексуальными похождениями в горячих точках русская «дрянная девчонка» Даша Асламова при помощи русских и японских друзей изведала все прелести дзасики в другом знаменитом квартале, Гионе, и на личном опыте убедилась в том, что, хотя профессия эта не из легких, сегодня никто уже не продает своих дочерей в ханамати, чтобы заработать на кусок хлеба, — теперь это предания далекого прошлого Японии: «В старые добрые времена перед мидзу-агэ онэ-сан рассказывали юным майко историю о бездомном угре. У мужчин, говорили они, между ног есть “бездомный угорь”, который всю жизнь пытается найти себе дом. А у женщин внутри есть маленькие пещеры, где так любит жить угорь-странник. Попав в пещерку, он недолго осваивает территорию, а потом метит ее своим плевком. Всю свою жизнь угорь ищет дом для постоянного проживания, но особенно он любит пещеры, в которых до него никто не бывал. О квартале чайных домиков Понто-тё говорят, что он “узкий, как ложе угря”, — если переводить на обычный язык, “узкий, как влагалище”.

Теория “бездомного угря” до сих пор популярна в Японии. Хиромацу тоже пытался выяснить, нельзя ли пристроить ко мне для временного проживания его угорь. “У меня внутри не просто дом для одинокого странника, а целый отель уровня “Хилтона”, — объяснила я Хиромацу. — Но… отель, к сожалению, переполнен. Мест нет”. — “Но я зарезервировал номер заранее, — вскричал Хиромацу. — Я звонил, я помню. Проверьте свой компьютер”. — “Компьютер завис”, — ответила я, и мы оба рассмеялись. Вот вам типичный разговор между гейшей и ее клиентом, состоящий из двусмысленностей, обиняков и искусно зашифрованных вольностей.

Или еще: мы с Хиромацу сидим за стойкой бара. Хиромацу флиртует со случайной соседкой, сидящей по его правую руку. Я устраиваю ему притворную сцену ревности. “Настоящий самурай никогда не покажет, что голоден, — объясняет мне Хиромацу. — Он будет ковыряться зубочисткой в зубах, хотя, может быть, он готов съесть свою зубочистку. Так же поступаю и я. Я ужасно голоден до тебя, но делаю вид, что меня интересует соседка”.

Японцы любят обо всем говорить метафорами. Если правильно прочесть их старинные легенды, то выяснится, что Японские острова — это застывшая сперма. Бог и богиня — Идзанаги и Идзанами — родили все живое на земле. В процессе создания жизни они так неистово занимались любовью, что капельки божественной жидкости вытекли из богини и упали прямо в море. Вот так появились на свет Японские острова. Теперь ясно, почему японцы так любят разговоры о сексе и зачем они ходят к гейшам…