Повседневная жизнь японцев. Взгляд за ширму

• Нельзя быть националистом в японском понятии, то есть говорить, что Россия — великая страна, а русские — самые лучшие люди на всем свете!

• Ни в коем случае нельзя говорить, что Америка — плохая страна и угрожает Японии. Американцы — высшие существа для японцев, стоящие вне всякой критики, чего бы она ни касалась, а их голливудские звезды — просто боги (см. выше)».

Пока что молодым преподавателям-иностранцам приходится делать суровое лицо, когда они замечают завороженный взгляд своих японских поклонниц. В этом, пожалуй, нет никакой особости Японии, ведь строгие правила отношений этих двух категорий действуют во всем мире. Полное расслабление возможно лишь в частной обстановке — на дискотеке или в баре, как правило, в таких районах, как токийский Роппонги. Там все, кажется, подчинено сексуальной интернационализации — мужчины и женщины со всех сторон света представлены в изобилии, общий язык — смесь японского с английским, обстановка копирует американские бары и дискотеки, и именно там европейцы и японки чувствуют себя наиболее комфортно. Было время, когда и русские девчонки «зажигали» там — в «Гаспаниках», «Уолл-стритах» и других «натанцованных» местечках.

Наши пошли! …и ушли

Глядя сегодня на некоторых представительниц русской диаспоры в Японии, озабоченных устройством детей в университет, радующихся появившимся внукам или озадаченным оформлением японской пенсии, непросто бывает поверить, что они были свидетельницами или активными фигурантами моды на русских красавиц, охватившей Японию в 90-х годах прошлого века. Многие из них — так называемые японские жены, то есть иностранные жены японских мужей, или бывшие хостес — «хозяюшки» — представительницы профессии, ставшей закономерной преемницей — многовековой традиции гейш, искаженной интернационализацией. Их было не так уж много в общей массе прибывавших и прибывающих в Японию иностранок, но сколько точно, неизвестно. Официальная статистика по данному вопросу крайне противоречива и входит в конфронтацию с полуофициальными сведениями и совсем уж неофициальными легендами и преданиями о начале в Японии «русского бума». Понятно, что россиянки лишь подхватили пальму первенства в негласном соревновании по популярности среди белых женщин, которую много десятилетий удерживали американки и европейки. Не стоит забывать, что тип девушки из аниме рожден именно Голливудом, да и белокурых россиянок в порыве восторга окликают на улицах как Мэрилин Монро, а не бондовскую Катю Иванову. И хотя поток наших на этом фоне и без того был не самым впечатляющим, а теперь и вовсе почти иссяк, но, поскольку речь идет о наших соотечественницах, остановимся на этом вопросе чуть подробнее.

«Работа на хостесе», как это называлось в те годы, стала, возможно, одним из самых скандально известных для граждан постсоветского пространства понятий из области фантазий о современной Японии. Причина непонимания кроется в слабой информированности о реалиях этой страны. Как и их прообраз — гейши, хостес (а заодно и все русские жены японских мужей) четко ассоциировались в России 1990—2000-х годов с проститутками (особую ненависть эта профессия вызывала почему-то у части отечественных японоведов и дипломатов, но этот вопрос не имеет прямого отношения к теме книги, а потому оставим его в стороне). Заинтригованный тогда многочисленными рассказами о «русских проститутках», якобы заполонивших японские притоны и методично роняющих там имидж России, автор несколько раз отправлялся с друзьями на поиски этих падших женщин — очень хотелось увидеть их живьем, чтобы убедиться в том, что они вообще существуют. Очень скоро расспросы «крышующих» квартал Кабуки-тё в Синдзюку якудза заставили меня усомниться не только в реальности существования какой-то организованной русской проституции, но и вообще в том, что русские девушки способны на такое в массовом порядке. Понимая, что наши японские знакомые из уважения к нам могут излишне корректно отозваться о находящемся в их ведении женском бизнесе, мы отправились в пригороды — Кавасаки и Иокогаму, чтобы уже частным образом найти там русских проституток. Возможно, этот способ покажется кому-то наивным, но мы поступили именно так: подходили к ярко освещенным стеклянным витринам, за которыми сидели одетые в откровенные купальники китаянки, «рассортированные» по сексуальным пристрастиям — с большим бюстом, брюнетки, крашенные в рыжий цвет, в возрасте, «лолитки» и прочие сексуальные приманки, — и, вызвав одну из них, запрашивали себе русскую. В двух местах — один раз в Иокогаме и один раз в Кавасаки — нам повезло: девушки сказали, что у них есть русские «сотрудницы», и попытались их найти. Представшие в конце концов перед нашими истомленными очами девушки оказались: одна — обесцвеченной филиппинкой, другая — полькой. Да, вполне возможно, что русские проститутки в Японии все-таки есть или, что еще вероятнее, были. Однако теперь мы смеем утверждать, что явление это отнюдь не массовое, а скорее, наоборот, единичное и редкое.