Повседневная жизнь первых российских ракетчиков и космонавтов

О Королеве много написано, много рассказано. Очень хорошо Кирилл Лавров раскрыл образ этого человека в том же фильме «Укрощение огня». А ведь у Сергея Павловича сложная и даже трагическая судьба! Почему-то широкая пресса, воздавая ему хвалебные оды (когда это стало возможным), или вообще об этом умалчивала, или писала как бы по ходу, одной фразой. В 1938 году Королев арестовывается и приговаривается к 10 годам тюремного заключения. Как вспоминал сам Сергей Павлович, его обвинили в том, что он состоял якобы членом антисоветской организации и проводил вредительство в области ракетной авиации. Королев на суде не признал себя виновным. Давая четкую, подробную информацию по каждому пункту обвинения, Сергей Павлович убедительно доказал, что все они ложные. Обращения Сергея Павловича в высшие инстанции, естественно, не дали положительных результатов. Уму непостижимо! Незаслуженно обвиненный человек, казалось бы, должен затаить в душе уж как минимум обиду на строй и режим, который его засадил за решетку на долгие 10 лет. А «враг народа» в обращении к Верховному прокурору СССР пишет: «…Вот уже 15 месяцев, как я оторван от моей любимой работы, которая заполняла всю мою жизнь и была ее содержанием и целью… Прошу пересмотреть мое дело и снять с меня тяжелые обвинения, в которых я совершенно не виноват. Прошу Вас дать мне возможность снова продолжить мои работы над ракетными самолетами для укрепления обороноспособности СССР». В сентябре 1940 года Королева переводят в систему спецслужб НКВД, где он, находясь в заключении, может продолжать свою любимую работу. До 1946 года он работает вместе с авиаконструктором Туполевым в закрытом, а точнее, тюремном конструкторском бюро. Эти тяжелейшие годы испытаний не сломили дух и волю Королева, не заставили его идти на компромисс со своими убеждениями. Ничего не проходит бесследно. Необоснованные обвинения и годы тюрьмы конечно же наложили отпечаток и на характер Королева, и на его взаимоотношения с окружающими. Да и откуда быть ему веселеньким, добреньким и приветливым, если еще в 1957 году, когда Сергей Павлович был уже назначен Главным конструктором ракетной техники, он все еще был подследственным и нереабилитированным! Из воспоминаний Анатолия Семеновича Кириллова, ветерана Байконура: «Он был неоднозначной фигурой, очень противоречивой, но именно это и создавало какой-то своеобразный ореол вокруг его имени. Во всяком случае, как бы он себя ни вел, какие бы ни были столкновения, никто и никогда не оставлял у себя в сердце обиды на него, потому что знали, что сегодня он взбешен, а завтра ты будешь его лучшим другом. Это относилось только к тем, естественно, кто отдавал себя целиком делу, которому отдавал себя сам Королев». Это слова человека, который на себе не единожды испытал и гнев, и милость Сергея Павловича за годы совместной работы на полигоне.